– Ой, хи-хи ты ха-ха пр-прости...кхи-хи-хи, - едва смогла выдавить из себя Алеандр, утирая маленьким грязным кулачком выступившие слёзы.

Порошок с травницких ладошек уже стёрся, погибнув под напором грязи и давленой хозяйской капустной ботвы, и сильнее навредить уже не мог. Девушка и без него выглядела жалко и неряшливо. Хохочущий забег с особо гнусным подхихикиванием на поворотах не прошёл для неё бесследно: на лице образовались живописные грязевые разводы на манер тигриной маски, из косы торчали листья молодой петрушки и длинная дудка переросшего укропа, а на ткани штанов в районе коленки уже проступало характерное тёмное пятно. Привычно передвигаться, как выяснилось сегодня, и смеяться одновременно она не умела. Постоянно спотыкаясь и падая, она пыталась как-то избавиться от наваждения, но кровь каждый раз подгоняла к мозгу новую порцию коварного вещества. От смеха уже болела грудь, потрескались губы и основательно усилилась врождённая близорукость. Наконец, набрав в лёгкие побольше воздуха, она с трудом выдавила из себя:

– Й-йа не знала, что там звёздная пыль будет!
– потом снова сумасшедшее захохотала.

– Прекрасно, - проворчала себе под нос Яританна, - мы теперь ещё и за употребление и хранение наркотических средств срок в узилище схлопочем!

Духовник неистово зашагала дальше, подтягивая за руку трясущуюся от едва сдерживаемого смеха подругу. Блондинка была настолько раздражена, что, вероятно, не заметила бы даже, если бы та упала и волоклась позади. Танка вообще чувствовала себя ледоколом посреди замёрзшей речки и двигалась сквозь лес с таким же изяществом. Возможная месть разоблачённых контрабандистов добавила к обширному списку поводов для паники ещё один пункт. В этом же списке фигурировал новый марш-бросок, неожиданно порушивший все радужные планы на тихую спокойную поездку. Мысль о том, что снова придётся тянуться пешком по дорогам Отчизны, на этот раз без карты, приличного плана и минимального запаса удобств, хотя бы в виде ночной рубашки, настолько угнетала её, что привычный самоконтроль трещал по швам. Стоило только забыть об уговорах, как раненая нога снова разболелась. Чтобы как-то снять напряжение, можно было бы немного похромать, но поблизости не было подходящих зрителей, что расщедрились бы на жалость, сочувствие или помощь, а показывать слабость при лекарской братии было равносильно согласию на лоботомию.

– Стой хи-хи-хи, - едва смогла выдавить из себя Эл, отчаянно упираясь пятками.
– П-р-р, жеребная! Ой, кха-ха-ха...

Болезненная реакция духовника на старое подростковое прозвище была прекрасно известна травнице и здорово повлияла на их продвижение. Танка моментально отдёрнула руку и круто развернулась, готовая в любой момент перейти в атаку. Даже сквозь подступающий хохот Алеандр смекнула, что её вот-вот могут избить и поспешила отвлечь жаждущую крови подругу:

– Там у меня кхи-хи в сумке... ай, не могу... быстро-быстро возьми бутылочку!

Яританна молниеносно схватилась за травницкую сумку и начала перетряхивать содержимое, намеренно обходя злосчастные мешочки с коварным зельем, что никто не додумался вовремя выкинуть, а теперь не хотели оставлять возле них энергетические следы.

– Не-не-не... не трогай этот свёрток!
– со смесью ужаса и смеха попыталась перехватить подругу Эл.
– Эт-то слабительное сильное... очень сильное. Я его кха-ха-ха трактирщику подсыпать хотела. Вот смеху то было бы! Ой ха-ха отложи быстро, ещё кхи-хи просыплешь и будем мы вдвоём...

– Весёлые засранки, - без тени юмора в голосе продолжила духовник и очень опасливо отложила в верхнее отделение простой на вид кулёк, подозревая, что её любящая эксперименты компаньонка вполне могла создать слабительное, всасывающееся прямо в кровь через кожу.

– А-ха-ха-ха... прекрати немедленно... смешить... а то я сейчас вся оборжусь хи-хи-хи. Давай быстро бутыль! Я кхи-хи бухать изволю! Кха-ха-ха, не пялься, а давай быстро!
– продолжая трястись от непрекращающегося хохота, что уже не столько веселил одурманенное нутро, сколько беспокоил лекарские инстинкты, Алеандр вырвала из рук подруги синеватый флакончик и залпом осушила, даже не поморщившись от горького послевкусия.

С затаённой надеждой проследила за её жестом Яританна, лелея в глубине души слабую надежду на возвращение относительной адекватности в одну рыжую головку, желательно ещё и без возникновения зависимости. Вот Алеандр оторвалась от горлышка, вернула на место пробку, вытерла губы тыльной стороной ладони и тихонько икнула.

– Ух, кажись, полегчало, - осторожно и как-то неуверенно проговорила Эл, прислушиваясь к позывным организма.

Духовник с уже куда большим уважением глянула на компаньонку, проникшись гениальностью её творений, ибо даже не знала о существовании настолько эффективных антидотов от звёздной пыли.

– А что это было?
– вполне искренне поинтересовалась она, представляя масштабы возможного массового производства и договор о поставке пробных партий в восстановительные лечебницы.

Валент недоумённо хлопнула влажными от слёз глазами и с не меньшим любопытством уставилась на зажатый в руке флакон, несколько раз покрутила бутылочку на пример опознавательных знаков, встряхнула осадок и легкомысленно пожала плечами:

– Понятия не имею, ты же давала! Т-тан, представь, как будет забавно, если это чистый спирт?

Последующий взрыв хохота был настолько громким и резким, что у обескураженной таким заявлением Чаронит вмиг заложило уши.

– Ой-ёй-ёй... ой, не могу вся... а-ха-ха-ха, - стенала скорчившись на земле Эл, попутно по локоть ковыряясь в собственной сумке.

Такого нежная и ранимая психика юной ратишанки снести не смогла.

– Заткнись немедленно или подчинение наброшу!
– крикнула Яританна, в бессильной ярости пнув ногой сухую ветку.
– От твоего гогота уже ёлки трясутся.