– Не переживай так, Нацу, мы проведем с этими охламонами разъяснительные беседы на тему того, что и когда можно, а что и почему нельзя, - заверила меня Тиа, наблюдавшая вместе со мною за тем, как Сабуро и Шинтаро расставляют на белоснежных скатертях новые тарелки.

– Ой, ну что вы, Халлибел-сама, не стоит их так сильно ругать. Подумаешь, подурачились чуть-чуть, а штрафные очки за фальстарт до начала соревнований я им и так начислю...

– Что-что?
– Тресера повернула голову в мою сторону.

– А? Ничего, Халлибел-сама, - тут же улыбнулся я.
– Это я так, о своем, о девичьем...

– Нацу-кун, ты меня извини, пожалуйста, тоже, - подскочившая ко мне Неллиель была облачена в шикарный вечерний наряд и выглядела слегка смущенной.

– Нел-тян, а ты-то тут причем?
– мое удивление в этот раз было ничуть не наигранным.

– Нел переживает, что это из-за нее Гримми стал таким нервным и постоянно ищет повод для драки, - с усмешкой ответила Халлибел и, видя мой по-прежнему недоумевающий взгляд, разъяснила детально.
– Ты ведь не в курсе, да? После того как ты и Аарониеро покинули Лас Ночес, Нел-тян взяла чемпионский титул во всех дисциплинах на ваших старых посиделках с компьютерными играми.

– И, похоже, Гримм-кун не был от этого в восторге, - печально вздохнула Неллиель.

– Ах, вот оно что, - удержаться от смеха было непросто.
– Нел-тян, а ты не пробовал ему иногда поддаваться?

– Пробовала, - еще более удрученно ответила зеленовласка.
– Но это так сложно, взять и перебороть азарт в крови, когда ты уже почти побеждаешь!

– Это да, - согласился я.
– Ладно, придумаем что-нибудь, не расстраивайся.

– Нацу-кун, ты самый лучший!

Меня оторвали от земли и стиснули в объятьях. Возможности моего окружающего обзора резко сократились, и оставалось лишь надеяться, что никакого из моих милых нареченных поблизости сейчас не наблюдается. Иначе этот вечер и вправду может очень плохо закончиться для одного меленького беззащитного пустого.

– Нацу, а ты поможешь мне еще с одним делом?

– Постараюсь, - отказывать девушкам в просьбах сделанных таким умоляющим голосом я не привык.
– Только поставь меня сначала обратно.

– Ой, конечно!
– снова смутилась Нел и отпустила меня на свободу.
– Нацу, помнишь песенку, которую мы с тобой слушали? Ну, которую Нои-кун и Тес-кун написали, чтобы передо мною извиниться?

– Конечно, помню, - давя улыбку, ответил я.

– Я так хотела, чтобы Нои-кун как-нибудь исполнил мне ее вживую, а он все отказывается. Ты можешь что-нибудь сделать с этим? Квинта даже побоялся сюда приходить, потому, как я сказала ему, что он обязательно должен сыграть ее на твоей свадьбе!

– Возможно, получится, только со Старрк-саном сначала переговорю, - пожал я плечами с небольшим злорадным предвкушением.
– А пока, знаешь что, Нел-тян? Я уверен у Москеды-куна есть та запись. Он как раз где-то с той стороны поляны должен сейчас заканчивать распаковывать свою установку. Ты его попроси, и, я уверен, что он обязательно поставить с нею трек!

– Точно!
– просияла лицом Неллиель.
– Спасибо, Нацу-кун!

И немного "пожмякав" меня в знак благодарности, довольная арранкарка пулей исчезла в толпе гостей, похоже, уже окончательно оклемавшихся после фокусов Гриммджоу и Зараки. Звонкий радостный голос Нел, напевающий "Доброта должна быть в мире, быть она должна везде..."*, еще некоторое время отчетливо долетал до моего слуха.

– Значит, вы и вправду познакомились с Нацу более двухсот лет назад?
– заинтересованно протянул Укитакэ, восседавший на резной скамье под неусыпным надзором своих третьих офицеров.
– По времени Уэко Мундо или...

– Полагаю, что все-таки "или", - усмехнувшись, ответил капитану Вандервайс, болтая в ладони круглым бокалом с сухим вином.
– Но вы и сами знаете, сроки в том мире - вещь довольно-таки относительная. Скажу лишь, что я в те дни был молодым и совершенно неопытным адьюкасом, который только начинал свою жизнь в вечной ночной пустыне и бегал туда-сюда в поисках кого-нибудь еще более слабого.

– И при каких обстоятельствах состоялась ваша с Нацу встреча?
– сгорая от нестерпимого любопытства, влезла в беседу Киёнэ.

– О, при весьма любопытных, - улыбка арранкара стала какой-то немного странной.
– Дело в том, что он спас мне жизнь.

– Надо же, - хмыкнул Укитакэ, - и как же, позвольте спросить, это случилось?

– Да, в целом, довольно обыденно, - рассмеялся искренне Вандервайс.
– Нацу решил в тот момент, что он сыт и не захотел мною завтракать.

Выловить хозяина церемонии оказалось задачей нетривиальной, но, проявив немного терпения, Шунсуй управился с ней довольно быстро. Рука капитана опустилась на плечо спешащего куда-то Нацу, и арранкар тут же обернулся со своей немеркнущей улыбкой.

– Кёраку-сама! Как вам прием?

– Чудесно, Нацу, чудесно, - подойдя поближе, Шунсуй склонился к своему собеседнику, так чтобы их случайно не услышали посторенние.
– Только у меня к тебе один вопрос.

– Если это будет в моих силах, то я, конечно же, на него отвечу, - как всегда покладисто отозвался блондин.