В 00:30 она вышла из-за угла, держа в руках куртку, её глаза были покрасневшими и опухшими от слёз. Однако она выглядела странным образом подавленной. Ашер встал.

— Ну и?..

— Пневмония, — ошеломлённо сказала она. — Её тело не может бороться с этим. Они делают всё возможное, но они... не знают. Если не пневмония будет причиной её смерти, то тогда её убьют проблемы с сердцем или почками.

Если Мариссе становилось хуже при оптимистических прогнозах врачей, то что ему думать сейчас, когда они не знают, что делать? Его кишки резко скрутило. Он поднёс руку к лицу.

— Могу я войти?

— Они, как могут, пытаются изолировать её. Чем больше людей рядом с ней... — Вивиан шмыгнула носом и вытерла глаза, уставившись в пол.

Ашер сжал челюсти.

— Зачем ты тогда позвала меня сюда, если я даже не могу её увидеть?

Глупый вопрос. Он знал, зачем, но хотел услышать это от неё. Микки здесь не было. Возможно, он не захотел себя утруждать приходом сюда.

— Потому что я... не хотела быть одной.

Она соизволила изобразить смущение на своём лице. Ашер хотел почувствовать удовлетворение, но нет. Он чувствовал себя несчастным.

— Ты спокойно переносила одиночество, когда у тебя был Мик, — холодно сказал он и повернулся, чтобы уйти.

— Ашер! — её туфли скрипнули по линолеуму, когда она побежала, чтобы догнать его. — Ты даже не дашь мне шанс объясниться?

— А что тут объяснять?

Он не остановился. Он заставлял свои ноги двигаться дальше, злость толкала его вперёд.

— Или ты приняла решение, что не хочешь больше видеть меня, или Микки решил всё за тебя — в любом случае это даёт мне право не считаться с твоими желаниями.

— Ашер.

Вивиан схватила его за пальто, и он развернулся так быстро, что она отшатнулась, съёжившись. Это не уменьшило его раздражение.

— Не надо тут вздрагивать, — прошипел он. — Я единственный мужчина, который ни разу не поднял на тебя руку, а ты ещё имеешь наглость делать вид, что я пугаю тебя? С тобой всё ясно, Вивиан. Я сваливаю.

— Мне жаль, ясно?!

Она зажмурилась, но слёзы всё равно брызнули из глаз и потекли по её покрасневшим щекам.

— Ты был прав. Ты был абсолютно прав во всём. Сначала Микки был великолепен. Первые несколько дней он был чудесен, а затем он просто... утратил всё это. Он забрал у меня телефон и выкинул его в бассейн. Мне пришлось купить новый и прятать от него. От моего парня! Он сказал, что, если у нас всё получится, я тоже должна чем-то пожертвовать.

— И этой жертвой стал я. Круто, спасибо.

Что бы она подумала, интересно, если бы узнала, чем он поступился ради неё. Чистой совестью, например.

— Это было глупо и неправильно, мне жаль.

Её маленькие ручки вцепились в его рубашку, ногтями царапая по коже. Он не мог смотреть на неё, когда она плакала. Вивиан повисла на нём и уткнулась лицом в его грудь.

— Что мне делать, Ашер? Что мне делать, если мама умрёт? Как мне расстаться с Микки? Я так потеряна, что просто... — Вивиан затихла, а её слёзы впитывались в его рубашку и проникали в сердце.

Ашер закрыл глаза, и попытался всеми силами вернуться на двадцать четыре часа назад в номер отеля за много миль отсюда.

— Пожалуйста. Пожалуйста, мне нужна твоя помощь, — упрашивала она.

Он не знал, как отказать ей. Возможно ли, что на этот раз всё будет иначе?

— Я устал изображать героя, Вивиан.

Вся энергия, которую Ашер тратил на злость в своём голосе, покинула его. Он так устал.

— Если я помогу тебе... то ты пообещаешь, что это был последний раз, когда ты вернулась к нему.

Вивиан посмотрела на него. Её нижняя губа дрогнула. Ашер собрал в кулак всю свою решимость.

— Так и сделаю. Я пойду с тобой домой и сама поменяю эти чёртовы замки, если придётся.

Сначала он подумал, что она не согласится. Что она скажет забить и пойдёт своей дорогой. Но Вивиан шмыгнула носом и вытерла глаза, кивнув головой. И на секунду ему показалось, что он увидел то же по-детски восхищённое выражение в её взгляде, которое было у неё когда-то... этот взгляд остро напомнил ему, что он потерял.

Но когда Вивиан обхватила его руками, ощущения от её объятий были неправильными.

***

Он не скучал по сну на диване.

Особенно на диване Вивиан.