— И я бы это сделала, — смеясь, подтвердила Тэйлор, вспомнив, каким было лицо Дэвида, когда она предъявила ультиматум. — Если Тим может хранить оформление всю зиму у себя в сарае, то Дэвид, по крайней мере, мог бы притащить все сюда.

Тщательно полировать оформление было и так достаточно трудно, пусть даже не надо было работать на холоде, это огромное сооружение из гофрированного металла, служащее для школы автомастерской, обеспечивало тепло и надлежащее освещение. Отец поставил машину рядом с коротким седельным тягачом с платформой, заваленной разнокалиберным оборудованием, раскрашенным в яркие тона, благодаря которому трейлер превращался в фабрику игрушек. Тэйлор предусмотрительно припарковала машину как можно дальше от Дэвида и оформления праздника. Она далеко не была уверена в том, как ловко ее братец сумеет превратить трейлерную платформу в игрушечные ряды и сколько места ему потребуется для маневров грузовика-монстра.

Остальная часть ремонтно-восстановительной бригады топталась на холодном асфальте, приплясывая в ожидании того, как тренер Бишоп отомкнет ворота мастерской. Топот ног был весьма громким, и Тэйлор отметила про себя, что никогда еще не собиралось столько народу. Конечно, сравнение в какой-то степени хромало, ибо мерилом служил прошлый год, когда пришло помогать всего четыре человека.

— Посмотри-ка, кто тебя поджидает, Тэйлор! — игриво проговорила Марта, обращая ее внимание на фигуру, на голову возвышающуюся над собравшимися. — Вот это я называю преданностью! Человек прибыл сюда издалека и отправился вместе с нами отдирать старую, грязную краску с праздничного оформления. А, в конце концов, почему бы ему тут не покрутиться и повертеться, потрудившись вдоволь, чтобы произвести на тебя хорошее впечатление? Ты ведь прямо-таки подарок для мужчины с маленьким ребенком.

Тэйлор вся сжалась. После утреннего разговора с Дрю она не сомневалась в том, что вся ее привлекательность в глазах Дрю сводится к обладанию нужными для матери качествами. И когда Марта лишь подчеркнула очевидное, это стало лишь дополнительным штрихом в представшей перед нею картине нежеланной реальности.

К величайшему ее удивлению и изумлению, вмешался Клей, заявив:

— Да что ты, милая, Дрю и Тэйлор давным-давно положили глаз друг на друга. Еще до Ноя. Мой старый дружок, возможно, и пытается произвести на нее впечатление, но я весьма сомневаюсь, что он делает это из-за мальчика. — Клей отворил дверцу и просунул ногу. — Сестренка, будь поосторожнее и не разбей ему сердечко. Я это так не оставлю.

— Минуточку! — воскликнула Тэйлор. — А разве должно быть так, а не наоборот: ты ведь должен был бы защищать меня и высказать это предупреждение Дрю?

— А я уже высказывал. Тринадцать лет назад.

В замешательстве Тэйлор задержалась в машине на несколько мгновений после того, как все уже вышли, и задумалась над словами брата. М-да, предупреждала она себя, не играет никакой роли, как тогда вел себя Дрю. Тринадцать лет назад у Дрю не было ребенка. Тринадцать лет назад она не чувствовала себя, словно ее освободили условно-досрочно, и любой неверный шаг будет стоить ей свободы.

Хотя Дрю и Ной стояли от нее в трех-четырех метрах, один лишь их вид, как и вчера, разрушал ее душевное спокойствие. Они наводили на нее страх. Я заслуживаю того, чтобы жить своей жизнью — напоминала она себе. Ведь самостоятельная жизнь ее насчитывала стаж менее года. Она не готова была влюбиться, не готова была стать женой, а уж матерью и подавно.

Когда Ной подбежал к ее машине и раскрыл дверцу, его сверкающая молочными зубками улыбка осветила ей душу, точно лампочки игрального автомата, и лишила всякого смысла все произнесенные про себя предостережения. Дрю представлял собой товар комплексного плана, и если она не поостережется, то незаметно для себя влюбится в принудительный ассортимент.

— Мы были среди первых. Папа сказал, что важно приходить вовремя, тем более, предупредил он, нельзя, чтобы ты о нас беспокоилась. И еще он сказал, что тебе специально потребуется наша помощь, поскольку помощников может оказаться мало. — Тут в его голосе проскользнуло легкое разочарование. — Но тут, оказывается, столько помощников. Я все равно буду нужен?

— Еще как! Я на тебя рассчитываю.

Он снова улыбнулся и отошел, чтобы не мешать ей выйти.

— Мы ждали вместе с девушками из группы поддержки, и они сказали, что я могу быть у них талисманом. А что такое талисман?

— Ну… — задумалась она, захлопывая дверцу. — Это что-то вроде символа удачи для футбольной команды.

— А мне придется носить форму?

Дрю сзади подошел к сыну как раз в тот момент, когда мальчик задал этот вопрос.

— Прости, дружок, но я не думаю, что у команды есть джерси такого размера.

— Да, конечно, есть, — тотчас же уверила их Тэйлор. Даже при наличии Ноя Дрю был в опасной от нее близости. И несогласие с ним создавало между ними дистанцию хотя бы на словах. — Между прочим, и у нас есть такая форма, кажется она лежит на чердаке… в общем, где-то. Я в этом абсолютно уверена.

— Папа, мне можно пойти и сказать девушкам, что у меня есть форма?

Тэйлор ужаснулась, поняв, что если Ной уйдет, она останется наедине с Дрю. Она не была готова продолжить ночной разговор или вступить в дискуссию по поводу того, почему она утром повесила трубку. И потому она тотчас же вызвалась:

— Я пойду вместе с ним.

Но прежде, чем Дрю успел ответить, красивая блондинка-школьница помахала ему рукой, привлекая его внимание. Она указала пальцем на Ноя, а потом на себя, тем самым сообщая языком жестов, что Ной должен подойти к ней. Она даже направилась в их сторону, готовая встретиться с мальчиком на полпути.