Сергей первым вышел из-за камня с автоматом наперевес, неторопливо зашагал к дороге. Какой-то бритый тип, обливающийся кровью, пытался встать на колени, поднять пистолет-пулемет «узи». Гайдук выстрелил ему по коленям. Тип закричал, подавился болью. Попыток взяться за оружие он больше не предпринимал. Сергей отбросил ногой «узи» и отправился дальше. Слева простучала очередь — Гаевский тоже прострелил кому-то ногу. Водитель выполз из перевернутой машины, собрался забраться за валун, но очередь пропорола ему бедра, превратила в безнадежного инвалида.

Из второй машины грянул выстрел. Сергей отклонился, стегнул короткой очередью, и молодой охранник упал на руль с пробитой головой.

«Странные люди, — подумал Гайдук. — Во имя кого они отдают свои жизни?» Второй телохранитель, изрядно в годах, с разбитым в кровь лицом, выползал из перевернутой машины, демонстрируя пустые руки.

— Не стреляйте…

Герои уважили просьбу врага и ограничились ударом по затылку. Потом они с любопытством заглянули в салон. На заднем сиденье возилась и стонала громоздкая туша уездного предводителя. Игнат Семенович сильно не пострадал, но был перепуган до смерти. В рыхлом лице не осталось ни кровиночки, затравленно шныряли глаза.

— Добрый день, Игнат Семенович, — вкрадчиво поздоровался Сергей. — Сегодня ведь добрый день, не так ли?

— Вы кто? — прохрипел предводитель. — Что вам надо?

— Почтальоны, — объяснил Гаевский. — Принесли повестку в суд Линча. Вылезайте, почтеннейший Игнат Семенович. Мы не будем ждать, пока сюда прибегут ваши люди из особняка.

— Я никуда не пойду, — провыл Петренко. — Отстаньте от меня!

— Посмотри, Серега, какое лицо. — Гаевский явно развеселился. — Словно две тысячи лет назад был распят на кресте не кто-то другой, а именно этот достойнейший человек.

— Выбирайся из тачки, сука! — выкрикнул Гайдук. — Иначе подохнешь прямо здесь и сейчас!

Угроза подействовала. Трясущийся глава района неуклюже вылез из перевернутой машины, умолял не стрелять, не бить. Поборники справедливости схватили его за шиворот, выдрали из груды железа, пинками погнали к «Ниве». Туша была порядочная. Поэтому народные герои предложили Игнату Семеновичу самому забраться в хвостовой отсек. Тот лез, обливаясь соплями.

Сергей вскарабкался за ним и крепким ударом лишил градоначальника сознания. Возможно, он малость перестарался. В голове Петренко что-то треснуло. Ничего страшного.

Гаевский торопился развернуть машину, а Сергей обрабатывал нового клиента — связывал ноги, руки, заклеивал рот. Под сиденьем Петренко никак не помещался. Гайдук взмок до нитки, утрамбовывая мясистое тело.

Костя улыбнулся, наблюдая за его потугами, и заявил:

— Да ладно, оставь, и так сойдет. Лишь бы не вертелся как на шампуре.

«Нива» сошла с асфальта перед выездом на улицу Гаманюка, проехала замусоренный пустырь и встала. Нужно было перекурить, подвести предварительные итоги своей активной деятельности. Но отдохнуть приятели не успели. Поступил вызов на сотовый телефон Сергея. Он схватил его и начал покрываться серой бледностью.

— Сыночек, милый, еле дозвонилась!.. — Голос матери был глух и вибрировал от волнения. — Диану увезли, ее забрали, похитили.

— Ты где?! — заорал Сергей, и жар ударил ему в голову.

— Я здесь, все еще в погребе. Ярослав Григорьевич со мной. С нами все в порядке. Мы заперты, у нас нет света…

— Мама, успокойся, давай по порядку!

— Хорошо, Сережа. Это случилось минут десять назад. Наверное, кто-то видел, как мы спускались в погреб, донес в милицию. Они открыли крышку. Мы сначала подумали, что это ты, обрадовались. Но к нам свалились двое — злорадные, ржущие…

— Кто, мама?

— Начальник милиции Воренко и его заместитель Быковский. У них были фонари. Они очень обрадовались, когда нас увидели. Стали обыскивать, потом схватили Диану, потащили наверх. Еще такие гадости говорили!.. Мол, будут с ней весь день развлекаться. Она им точно скажет, где тебя искать. Воренко еще говорил: «Ну что, везем к тебе на Колхидскую?» А тот отвечал: «Да, удобно, тут недалеко. Там отделаем ее в жестком варианте».

Сердце выскакивало из груди. Вот уж воистину не знаешь, откуда прилетит!..

— Но вас не тронули?

— Нет, сказали, мол, куда эти старики денутся, вернемся за ними позже. Они снаружи чем-то завалили крышку, я пыталась ее поднять, не получается. Хорошо, что телефон успела выбросить в угол, когда полезли. Они не заметили. Ползала, искала, нашла за ведром, еле дозвонилась до тебя…

— Ждите, мама, успокойтесь, все хорошо. — Сергей отключил телефон, перевел дыхание.

Ничего себе, вот так «хорошо». Времени не было абсолютно!

— Костик, живо на Колхидскую!..