Шрифт:
Жена найдет себе другого,
А мать сыночка никогда...
20
Читая рукопись, Юра Фролов временами вскидывал брови, потирал руки и чмокал губами. Иногда возвращался и перечитывал несколько страниц. Овцын сидел, покуривал и был уверен, что вещь получилась, а после того, как Эра перепечатала ее, приобрела даже некоторый лоск. Правда, хвалила она сдержанно. За каждым похвальным словом ощущалось невысказанное «но»...
– Годится, - сказал Фролов.
– Очень годится. «Умри, Денис, лучше не напишешь!» На морскую тему. Несемся к шефу.
Редактор, еще более обрюзгший и посеревший, протянул Овцыну руку, не приподнявшись с кресла. Прочитав рукопись, он взглянул на Фролова, попросил:
– Вы идите, Юрий Владимирович, а мы тут поговорим.
– Отличная вещь, - высказался все-таки Юра Фролов, прежде чем выйти.
– Совершенно непригодная вещь, - произнес редактор, когда за Юрой затворилась дверь.
– И я не вижу, что тут можно поправить. Пожалуй, не стоит править.
– Я и не собираюсь править, - сказал Овцын, удивленный и уязвленный.
– Хотя бы потому, что не умею... Можно узнать, почему это совершенно непригодно?
– Можно, - кивнул редактор.
– Это невесело, Иван Андреевич. Вы забрались в тему несколько глубже, чем положено газете. Порядочно глубже.
И получилось, что вы говорите то, о чем воспитанные люди обязаны умалчивать. Не потому, что надо скрывать, а потому, что нет доблести повторять, что каждый из нас под одеждой голый. Вы меня понимаете?
– Не очень.
– Жаль, - вздохнул редактор.
– Хорошо, выскажусь проще. Ваша работа не годится мне потому, что в ней нет приподнятости, нет стремления к еще не достигнутому, нет вдохновляющего примера для рядового читателя и нет - и конце концов - призыва. Она вызывает душевное беспокойство, понимаете, это при нашем-то тираже. Уже помимо того, что истины типа «человек произошел от обезьяны» не нуждаются в широкой пропаганде.
– Я не пропагандирую эту истину, - заметил Овцын.
– Вы пропагандируете и это и еще много невеселого, - сказал редактор.
– А не думаете ли вы, что ваше перо, оказавшееся вдруг достаточно крепким, обязано послужить делу ободрения человека? Есть много охотников ныть, бранить погоду и показывать из-за спины чистенько мытый кукиш. Разве вы из этой когорты? Вы же здоровый мужик - наверное, получили от жизни радость полной мерой. Может, поделитесь с теми, кому ее досталось меньше?..- Редактор впился в него взглядом, и Овцын опять почувствовал себя машинкой, которую развинчивают на детали.
– Хорош тут у вас штурман, который стихи сочиняет. «Сплели мы сеть из траекторий звезд и всех их, как треску, переловили», - процитировал редактор, не заглядывая в рукопись.
– Вы это не сами присочинили?
– Нет, это натуральное.
– Видите, как люди мыслят. Видите, чего они хотят. И плевать им на то, что задача сия неисполнима. А вы про что?.. Теперь вы меня понимаете?
– Теперь понимаю, - сказал Овцын.
– Короче говоря, «тьмы низких истин нам дороже»...
– Да, дороже!
– резко подавшись вперед, перебил его редактор.
– Именно потому, что он возвышающий. А рукопись свою возьмите. Она вам еще пригодится как материал.
– Значит, мне надлежит вернуть командировочные и проститься?
– спросил Овцын.
– Если вы слабый человек и не умеете доводить до конца начатое дело,
– произнес редактор, ощупывая его взглядом.
– Но я вас таким не считаю.
Напишите другое. И заклинаю вас килем вашего парохода, избегайте этого псевдогуманизма...
– Опять не понял.
– Не страдайте, глядя на то, что человек отдает много, а получает за это мало. Тот, кто получает столько, сколько дает, живет на свете зря. Без эдакой публики человечество прекрасно обойдется. Надо стараться побольше оставить наследникам.
– Это верно, - сказал Овцын.
Дома он хотел порвать рукопись, но Эра отобрала ее и спрятала в стол.
– Я все это предчувствовала, - сказала она.
– Странно только, что он так легко убедил тебя. Скажи... может быть, ты из-за денег? Мы не разоримся, если вернем командировочные.
– Нет, не из-за денег. Произошла странная штука, - сказал он.- Да, он меня убедил. Но... и не разубедил. Мы правы оба. Мы оба толкаем вперед одну телегу. Он напирает с одной стороны, а кто-то напирает с другой. Сейчас он позвал меня на свою сторону пособить. Возможно, он видит, что на другой стороне собралось больше народу и телега пошла неровно.