— Почему ваших никогда нет, когда они нужны?
– бормотала Бьянка, приложив край рубашки к ране и крепко зажав ее, чтоб остановить кровотечение. Даан наблюдал за ней, стиснув зубы.

— Не знаю, что еще могу сделать, - ответила княжна, отбросив окровавленный лоскут и взяв другой. Вся рубашка литиата пошла на повязки. Даан опять впал в беспамятство, но кожа его теперь стала нагреваться, и скоро он был уже в горячке, как любой нормальный человек с подобными ранами. Это мало обрадовало Бьянку. Она сидела рядом, перевязывая более мелкие раны на руках остатками рубашки. Княжна вновь пожалела, что не одета в десяток нижних юбок, из которых можно было наделать повязок на роту солдат.

— Только не умирай, - попросила она, вытирая его горячий лоб и грудь от пота. Девушка не могла понять, как такой худощавый парень мог обладать такой невероятной силой. Фигурой он больше походил на семнадцатилетнего подростка, чем на столетнего воина. На гладкой груди не было еще волос, на щеках ни намека на щетину. Бьянка пыталась припомнить все, что знала о литиатах. Ее младший брат хоть и был полукровкой, но развивался даже быстрее остальных. Этот же, казалось, за сотню лет достиг восемнадцатилетнего возраста, не больше.

Даан начал метаться на постели, угрожая сорвать повязки. Бьянка склонилась над ним, погладила по щеке и ласково попросила успокоиться. Маг затих, словно услышал ее. Он все бледнел и не приходил в сознание, бормоча что-то на своем языке.

Бьянка потеряла счет времени. Казалось, что за окном уже сумерки, а солдат все не было. Где-то в городе грохотали взрывы, кричали пробегавшие по улице солдаты, иногда кто-то пытался открыть дверь, но не смог сдвинуть стол. Девушка держала оружие наготове, вынув его из ножен и положив на пол возле топчана. Везде валялись окровавленные обрывки рубашки и мантии Даана, а сам он лежал без движения и признаков жизни.

— Эй, как ты?
– Бьянка вновь склонилась над ним, пристально всматриваясь в его бледное лицо. Он разомкнул губы, но ничего не отвечал. Тогда она еще приблизилась и поцеловала его. Это могла быть последняя возможность поцеловать его живого. Ничего не изменилось, он даже не открыл глаза и не пошевелился.

Девушка печально вздохнула и убрала промокшую повязку, чтобы наложить новую. Но оказалось, что рана уже не кровоточит. Мелкие ссадины вокруг вовсе исчезли. Бьянка удивленно раскрыла глаза и проверила остальные ранки. Под повязками была чистая гладкая кожа, даже синяки сошли.

— Эй, так ты не умираешь?!
– обрадованно воскликнула княжна и припала к его груди. Сердце ровно билось, дыхание хоть неглубокое и порывистое, было хорошо заметно.
– Боги, как ты напугал меня, дурак.

— Кто эти “боги”?
– спросил Даан слабым голосом, не открывая глаз.

— Давно ты пришел в себя?
– спросила княжна, наклонившись ближе к его лицу, чтобы лучше слышать.

— Нет, - ответил он, приоткрыв глаза, все еще затуманенные.
– Когда ты …

Он задумался, взглянув на ее губы. Бьянка догадалась, что он имеет в виду поцелуй.

— Я думала, что ты умрешь, - ответила она, пытаясь оправдаться.

Даан задумчиво и изучающе смотрел на нее, но молчал.

— Люди иногда так делают, не обращай внимания, - продолжала Бьянка беззаботным тоном.
– Подумаешь, поцелуй.

— Это было очень приятно, спасибо, - ответил он серьезно и попытался сесть, но скривился от боли и вернулся на прежнее место.

— Не двигайся, у тебя глубокая рана, - Бьянка прикоснулась к его плечу, удерживая от второй попытки.
– Это тебе спасибо, ты спас мне жизнь. За это ты заслужил не меньше дюжины поцелуев.

— Нет, не нужно, - сказал он.

Бьянка непременно обиделась бы на такой ответ, но литиат выглядел таким несчастным и растерянным, что она не стала злиться.

— Почему? Тебе не понравилось?
– спросила она с прежней улыбкой.

— Очень понравилось, - поспешил возразить он, взглянув на нее.
– Не представлял, что это так приятно. Но ты сделала это не потому что любишь, а просто из жалости.

— Ну, знаешь, я много кого жалею, но поцеловала только тебя. Постой, как это не представлял?
– Бьянка удивленно раскрыла глаза.
– Тебя что, никто не целовал?

— Так, нет, - ответил он с лукавой улыбкой.

— Я не верю, - княжна ждала, что он рассмеется, но он просто кивнул и пожал плечами.

— Ваши девушки совсем ослепли?
– продолжала она изумленно.
– Сколько тебе лет? Ты вообще совершеннолетний?

— Сто двадцать три, скоро будет, - Даан по-прежнему смотрел с улыбкой на странную девушку.
– Думаю, по вашим меркам я уже совершеннолетний.

— Как можно дожить до такого возраста и никогда не целоваться?
– не прекращала удивляться княжна.
– Да еще и с такой внешностью.