Лорды с грохотом вскочили на ноги, возмущенно крича, размахивая руками и стуча кулаками по столу. Этот гам прорезал голос Катарины:

– Хватит! Тихо!

Постепенно, один за другим, Великие Лорды угрюмо замолкали и, пылая гневом, усаживались в свои кресла.

Лица их советников напротив, казалось, светились от подавляемой радости. Глаза их горели, а на лицах играли ухмылки, едва не переходящие в счастливые улыбки.

– Я сказала, – произнесла Катарина ледяным тоном, одарив собравшихся не менее холодным взглядом, – и да будет так!

Поднялся, трепеща, старый лорд Логайр.

– Не будет ли Ваше Величество...

– Нет.

Бром О'Берин прочистил горло.

– Если Ваше Величество разрешит...

– Нет.

В палате Совета воцарилось молчание. Катарина вновь обвела взглядом лица лордов и их советников. Затем, повернувшись влево, она склонила голову.

– Милорд Логайр.

Старый вельможа поднялся, крепко сжав челюсти под седой бородой. Его покрытый коричневыми пятнами кулак дрожал от едва сдерживаемого гнева.

Он отодвинул большое позолоченное кресло, и Катарина встала. Старик вернулся на свое место. Катарина повернулась, и огромные дубовые двери широко распахнулись перед ней. Гвардейцы выстроились впереди и позади нее. Она остановилась в дверях и обернулась.

– Подумайте, милорды, – сказала она, – и соглашайтесь, ибо вам не выстоять против меня.

Огромные двери захлопнулись за ней. В комнате Совета разразился сущий ад.

– Да брось ты! Это классическая сцена, вплоть до последнего оскорбительного взгляда.

Закончив ночное дежурство, Род скакал на Вексе обратно к постоялому двору, намереваясь перехватить немного сплетен и побольше пива. Большой Том остался на стреме в королевском Замке, получив приказ держать ухо востро.

– Я не согласен, Род. Да, это классическая ситуация, но с некоторыми поправками.

– Упрямая скотина! Это просто преждевременная попытка централизации власти. Катарина пытается ввести в Грамарае единый закон и единое правительство, вместо двенадцати практически независимых герцогств. Вот что означает вся эта заварушка с судьями, и ничего больше. Ставлю пять к десяти, что некоторые из этих вельмож разыгрывали из себя богов в своих владениях, принуждая половину молодых женщин спать с ними, зажимая налогами всех и вся, и вообще вытворяя все, что им заблагорассудится. Катарина – реформатор, и только. Она пытается искоренить все пороки, которые в состоянии вскрыть, путем объявления себя единственной законной властью в Грамарае – но у нее ничего не выйдет. Знать этого попросту не потерпит.

Ей могла сойти с рук затея с судьями, но эта афера со священниками наверняка вызовет мятеж. В такого рода обществе они имеют большее влияние на народ, чем любые другие представители власти. Если она сделает их подчиненными непосредственно ей, и только ей, то она и в самом деле вырвет у вельмож зубы. Они это понимают и не сдадутся без боя.

– Пока что я с тобой согласен, – сказал робот. – До сих пор это классическая ситуация, весьма напоминающая попытку английского короля Джона* [25] объединить страну несколько раньше, чем подобный проект мог иметь успех.

– Да, – кивнул Род, – и мы можем предположить, что герцоги, подобно вельможам короля Джона, будут настаивать на принятии Великой хартии.

– Но...

Род принял облик терпеливого мученика.

– Что за «но», Векс?

– Но здесь присутствует явно чужеродный элемент: группа советников Великих Лордов, которая кажется очень сплоченной.

Род нахмурился:

– Ну, да. Так оно и есть.

– И судя по тому, что ты рассказал мне о сцене, которая разыгралась после ухода Катарины...

– Э-эх! – содрогнулся Род. – Это выглядело так, словно она бросила им перчатку, и герцоги собрались, чтобы решить, кому выпадет честь поднять ее. Возможно, девочка и знакома с азами искусства политики, но она наверняка ничего не знает о дипломатии. Она просто провоцировала их!

– Да, а советники очень умело подливали масло в огонь – каждый советовал своему лорду не вступать в схватку, ибо тот слишком слаб для этого... а затем говорил ему, что если он все же решит драться, то ему лучше заключить союз с другими лордами, потому что ни одному из них не выстоять в одиночку. Умелое использование убеждения от противного. Можно подумать, что советники решили полностью ликвидировать центральную власть.

– Да... – задумчиво нахмурился Род. – Это вряд ли типично для подобного общества. Не так ли, Векс?

– Ты прав, Род. Теория анархии обычно появляется на более высокой стадии развития культуры.

Род пошевелил губами.

– Быть может, вмешательство извне?

– Возможно. И это напоминает нам еще об одной аномалии народном тоталитарном движении. Нет, Род, это не классическая ситуация.

– Черт возьми, да. Мы имеем три группировки, соперничающие в борьбе за власть: крестьяне, герцоги и их советники, а также королева со своими сторонниками. В данный момент в их число, кажется, входит один лишь Бром О'Берин.