– Спроси его, - велел наш командир, - как можно попасть на их корабль.

Молодец, Тапок. Сумел выделить главное! Я уже собрался возобновить прерванный допрос, но меня опередил Компот. Он выхватил из моих рук лепесток и задал вопрос сам. С присущей ему деликатностью и тактом он выдал в цветочную ткань реплику, исполненную грубого цинизма и вульгарных откровений.

Перевод лепестку дался с трудом. Он задрожал и передал яйцеголовому всё, что тут наговорил Компот. Щебет вышел длиннее обычного. Видимо, в языке пришельцев не нашлось точных фраз, способных в полной мере отразить всю гамму чувств, переполнявших хамоватого воина.

Гуманоид собрался с мыслями и стрекотнул в ответ. Его лепет был коротким, но не лишённым эмоций. Лепесток вздрогнул и выполнил перевод. Он состоял из фразы, суть которой сводилась к тому, чтобы Компот шёл туда, куда, может, и посылают, но обычно не ходят.

Тапка держали трое. Если бы не вмешательство парочки мурунгов и одного из наших, от инопланетянина осталась бы только кучка побитого вещества. Причём идентифицировать труп не смог бы даже самый заправский эксперт.

Я решил прервать этот балаган и вернуть себе утраченное звание главного следователя. Поднял с пола лепесток, стряхнул с него пыль. Правдик стал чище, но след от компотского сапога всё равно сохранил.

– Где находится ваша тарелка?- я возобновил прерванный допрос. – И как легче всего на неё попасть?

Часть откровенного бутона встрепенулась и разразилась дрожащим треском. Гуманоиду отвечать не хотелось. Это было заметно по тому, как он отворачивал голову и закрывал глаза. Но воздействие Правдика оказалось сильнее инопланетного патриотизма. Чудо-листочек упорно настраивал пойманного на правдивую волну. Наконец, сопротивление пленника было сломлено. Он раскрыл рот для ответа и… превратился в пыль. Я оглянулся – стреляли из кабины треножника.

К поверженной машине на всех парах мчался мурунг. Я хотел крикнуть, но было уже поздно. Лезвие кривого меча сверкнуло смертельной молнией, голова гуманоида покатилась по каменным плитам площади. Я ощутил себя Авгием, потерявшим все конюшни.

 Блин! Ещё пару секунд, и мы узнали бы, как расправиться с яйцеголовыми. Как же мы проморгали пришельца? Видимо, так увлеклись допросом, что оставили прочёсывание местности на потом. И вот результат! Выживший гуманоид пристрелил своего собрата в самый неподходящий момент. Всё-таки, как бы не отличались цивилизации, предателей не любят нигде.

Ну и что теперь делать? Как выяснить, где скрываются пришельцы? И каким образом пробраться на их судно? Мне вспомнилось, как я сам попал на тарелку. Но сразу же отогнал от себя эту мысль. Если уж идти на инопланетян, так всем скопом. А как заставишь целое войско оказаться в одном сне? Нет такого способа…

Вообще – обалдеть! Люди – это пища. И для кого? Для каких-то яйцеголовых уродов! Ну и что, что у них цивилизация развитей? Ну и что, что у них тарелки? Зато у нас футбол есть, балет и всякие поэты-художники. Я уж про Дом-2 и не говорю. А они покусились! Козлы противные!

Из раздумий меня вывела очередная реплика Компота. Он в трёх словах сформулировал своё видение на сложившуюся ситуацию. В народе этот слоган имеет универсальное значение и знаком всем, но воспроизвести его невозможно по известным причинам. В ответ никто не усмехнулся и не выразил своего согласия. Над площадью нависла гнетущая тишина, на лицах воинов застыла растерянность. Их понять можно. Погибнуть в бою, да к тому же виртуальном – это одно. А вот стать чьей-то пищей – вообще ни в какие ворота. Нет, надо что-то делать! Только что?

Меня словно пронзило молнией – Борг! Ну конечно, надо изловить мерзавца и допросить! Я выхватил зеркальце – лишь бы не сбежал на тарелку. Щёлкнул в “Контакты”, выбрал “Борг”. В Гамбире! У меня отлегло от сердца.

– Вот! – я сунул экран под нос Тапку. – Это “синий”. Он всё знает. Понял?

Тапок пожал плечами. Ай, ладно! Объяснять некогда! Надо спешить!

– Если что – я в городе! – выкрикнул я, вынимая из кармана свисток. – Догоняйте!

Свистнул – через мгновение передо мной стоял мой мохнатый питомец. Его глаза выражали неподдельную скорбь от встречи и желание присутствовать на моей панихиде. Ещё бы! Сидеть с задумчивой мордой возле прибоя приятней, чем выполнять прямые обязанности. А они, эти обязанности, требовали от волка верблюжьего терпения и такой же выносливости. Потому что до столицы было не меньше десятка локаций.

Я продемонстрировал зверю пронизанную пунктиром карту, волк попятился от меня, как рак от пивбара. Пришлось снова прибегнуть к свистку – волчий саботаж умер в зародыше. Серый подставил спину, я занял привычное место. Пригнулся и дёрнул зверя за шерсть. Мой подопечный сорвался с места в карьер.

– Стой! – я услышал сзади голос Тапка. – Есть же…

Чего там у него есть, я так и не расслышал. Да и не это сейчас главное. Важно поймать Борга и вытянуть из него информацию. И чем больше, тем лучше!