– Да-а-а… – протянул, усмехаясь, Торол. – Мы верим тебе насчет дома. А башня? Ее ты соорудил тоже, чтобы прятаться от орущих младенцев?

– Башня? Я соорудил?..

Итин застыл и весь обратился в слух.

– Да, башня на горе Волков. Я ее, конечно, не видел, – вставил Шаней, – но те, кто видел, говорят, что она на диво хороша: так хороша, что ей бы украшать берега Тасии-Тар, а не деревню горцев.

Итину казалось, что его сердце колотится еще сильнее, чем на той узкой тропе в горах.

– Хороша!.. – Это протянул задумчиво Мастер Шантас: он и Ахалис оставались еще у горцев с неделю после того, как Мастера Перемещений забрали вместе с первыми эвакуируемыми Строителями и Итина. – Не то слово «хороша» – если б ее увидел Тотиль, то кусал бы себе локти от зависти! «Песнь горного ветра» – так назвали ее горцы.

«Песнь горного ветра…» – беззвучно повторили губы Итина, лучшего названия он бы и не придумал. «На диво хороша»?!

– Так кто же ее построил? – спросил Халт.

Мастер Ахалис лишь пожал плечами.

– Среди твоих ребят новый Тотиль, а ты не знаешь? – Шаней сделал удивленное лицо.

«Новый Тотиль»? Итин боялся, что щеки его сейчас пылают, как огонь на знамени Тарии, а стук сердца слышно громче, чем голоса говорящих.

– Кем бы он ни был, но он не признается, – засмеялся Ахалис. – Впрочем, рано или поздно мы узнаем, кто это. Моих-то ребят не так уж и много – да и скрыть свой Дар не под силу ни одному отмеченному им.

То, о чем говорили дальше, Итин не слышал… «Новый Тотиль… На диво хороша… Песнь горного ветра…» – повторял он про себя, и внутри было так сладко и так радостно…

Те же слова он шептал, когда выходил из Резиденции и шел улицами Города Семи Огней. Было уже темно. Он не сразу понял, что фигуры, возникшие впереди в свете уличных фонарей, преграждают дорогу именно ему. Но когда высокий светловолосый парень сделал шаг вбок и, оказавшись прямо перед Итином, навис над ним, он по-настоящему испугался.

Их было пятеро. Парни младше его, но именно Итин сейчас чувствовал себя сейчас более юным и слабым.

Двое высоких, на полголовы выше Итина, широкоплечих молодых людей – белокурый и черноволосый – стоят ближе всех и настроены, похоже, наиболее агрессивно. Хрупкий юноша, совсем мальчик, с раскосыми глазами, был даже ниже Итина, но смотрел так, что становилось дурно. Пухлый розовощекий крепыш с русыми по плечи волосами тоже сурово хмурился. И последний – у него волосы хоть и подобраны высоко на макушке, но все равно почти доходят до пояса, – молодой Одаренный. Хорошо хоть оружия ни у кого нет – значит, не боевые Мастера.

Белокурый больно толкнул его в грудь. Итин попятился назад, закрываясь руками.

– Эй ты! Строитель! Из-за тебя все началось!

– Из-за тебя изгнали Кодонака! – подключился черноволосый, тряхнув кудрями.

Итин уже догадался, что дело касается суда над Командующим Золотым Корпусом. Его винят в том, что произошло. Да он и сам уже не раз винил себя.

– Что, возводить глухую стену из ложных обвинений тебе так же легко, как из камней? – Вновь светловолосый: он наступает, ударяя Итина по предплечью.

– Я не… – лепечет Итин.

– Думаешь, твой Дар лучше, чем Дар Стихий? – Парень вновь больно толкает его, на этот раз – ладонью в грудь, его глаза горят, зрачки расширены, земля под Итином начинает подрагивать.

Этот парень не Мастер Силы – еще слишком молод, но он вполне может быть студентом с Даром Разрушителя. Он способен причинить вред Итину. «Новый Тотиль» запаниковал.

– Можешь строить? Что ж, попробуй построить для себя надгробие, а мы с Тико организуем тебе могилу! – Перед мысленным взором Итина возник образ надгробия с застывшим в камне человеком, возводящим башню… он тут же прогнал видение.

Парень действительно призывает Дар… Мостовая потрескивает под Итином. Разгневанный Разрушитель вполне может похоронить его под камнями Города Огней. Страшно, как никогда. Даже на той тропе было не так…

Тико – это, наверное, тот полный… В его глазах мелькает тревога, и он осторожно придерживает за предплечье светловолосого приятеля.

– Шос… мне кажется… – запинаясь, говорит он.

– Он заслужил, Тико! – выкрикивает кудрявый парень.

Тот, что с раскосыми глазами, буравит Этаналя взглядом. Итин, отступая, уперся в стену. Он готов слиться с ней… Исчезнуть бы отсюда, как Мастеру Перемещений…

Из-за поворота послышались шаги. Стража? У Итина появилась робкая надежда.

– Ты покойник, если закричишь… – зло шепчет ему черноволосый, нагибаясь к самому лицу так, что чувствуется его дыхание.

Появилась одинокая фигура с мечом на боку. Когда Итин разглядел перекинутую через плечо длинную темную косу, его сердце упало куда-то вниз: Одаренный и с мечом… боевой Мастер, а значит – один из бойцов распущенного Золотого Корпуса, где все ненавидят его, Итина.

Парни также узнали в появившемся боевого Мастера и склонили головы в приветствии.