Квентл едва слышала его. Все ее страхи и сомнения, которые она загоняла глубоко внутрь с того самого момента, как их отряд бежал из Чед Насада, вырвались наружу, словно пауки из кокона.

Вот именно! — запричитала она. — Кто знает, сколько наших городов разрушено — и сколько будет разрушено, прежде чем этот кризис минует? Я взялась найти Ллос – рассказать ей, что происходит. Триль и остальные верховные матери – все они зависят от меня, а я не уверена… Я не знаю, как…

Предоставь это нам, — прошипела Ингот.

Квентл не слушала.

Судьба всех городов дроу в Подземье лежит на моих плечах, – стонала она. — Все так сложно и без Фарона с его жалкими играми вокруг власти. Он что, не понимает, что стоит на кону? Итогом может стать исчезновение нашего народа!

Может, — согласилась Зинда.

Ингот поспешно велела самой крупной из змей молчать.

Ты должна сосредоточиться на более неотложной задаче, — напомнила она Квентл. — Ты должна выведать у Оофоон, где корабль, – и это может оказаться легче, чем ты думаешь. Доска сава уже приготовлена для тебя. Все фигуры расставлены.

Квентл на мгновение опешила.

Как это?

Жало Ингот замелькало взад и вперед, что у змей означает улыбку.

Чтобы узнать, где находится корабль хаоса, Фарон должен еще раз встретиться с Оофоон. Если он будет думать, что тебя съели, то, возможно, утратит бдительность. И это может погубить его.

Квентл нахмурилась:

Не понимаю.

Дослушай, и поймешь, — продолжала Ингот. — Ты скажешь Оофоон, что Ллос мертва…

Оофоон мне не поверит, — перебила Квентл. — Я и сама в это не верю.

Твое кольцо не позволит аболету прочесть твои мысли или узнать, что ты лжешь, — напомнил Хсив. — Потом, когда Оофоон сочтет, что ты не стоишь того, чтобы тебя есть, ты предложишь ей взамен Фарона. Ты скажешь, что, если она откроет тебе, где лежит корабль хаоса, ты поможешь убедить Фарона, что тебя съели. Одураченный, он добровольно поплывет в зубы смерти.

Аболет сожрет его! — воскликнула К'Софра.

И ты, наконец, избавишься от Фарона, – добавила Зинда. — Так что даже Триль не найдет, к чему придраться.

А как я смогу убедить Фарона, что я погибла? — спросила Квентл.

Не ты, — ответила Ингот. Изогнувшись в сторону выхода из пещеры, змея уставилась на Джеггреда: — Он. Возьми Джеггреда с собой – и ничего не говори ему о своих планах. Так его горе будет убедительнее. Запрети ему мстить аболетам, если тебя убьют, и убедись в том, что он запомнил это. Прикажи ему пробиться назад и рассказать Фарону, что произошло, чтобы остальные могли передать весть о твоей гибели в Мензоберранзан. Скажи Джеггреду, что он должен сделать это — любой ценой, иначе жизнь его госпожи будет отдана зря.

Словно каким-то образом почувствовав, что говорят о нем, Джеггред пошевелился и оглянулся через плечо. Глаза его сузились, но он мгновенно подчинился короткому взмаху руки Квентл и вновь сосредоточил внимание на туннеле.

Квентл тем временем с облегчением поняла, что это в самом деле выход из сложного положения, причем такой, что позволит наконец отплатить Фарону за его возмутительную непокорность.

Она с надеждой взглянула на Ингот:

А как мне сделать, чтобы аболет меня не съел?

Змея оскалила клыки в зловещей ухмылке.

У тебя же есть жезл, — напомнила Ингот.

Квентл кивнула.

И та бутылка с грибным вином, которую ты сберегла.

Да, — подтвердила Квентл. — Но как, во имя Абисса, все это…

Выслушай, — снова сказала Ингот. – И я объясню…

Квентл жадно слушала. К тому времени, как Ингот закончила говорить, на губах верховной жрицы появилась жестокая улыбка.

А ведь может получиться, — мысленно передала она змее, одновременно послав заряд возбуждения. — Должно получиться.

Остальные змеи, хранившие почтительное молчание, пока Ингот излагала свой план, взволнованно зашевелились, видя, что план принят. Даже Кворра, которая почти никогда не разговаривала, не смогла сдержаться.

О, — сказала она, — вот будет потеха!

Джеггред ожидал за дверью зала для приемов, в котором Квентл беседовала с главой аболетов. Каждый мускул его был напряжен. Квентл там одна, а тех — двое. Она допустила, чтобы одна из этих тварей — не Оофоон, другая — находилась у нее за спиной. Зачем она это позволила?