Алекс перевел на меня умоляющий взгляд. Я нахмурилась, но оценив состояние его одежды, моей, кстати, тоже, решила, что только что ожившему Серебрякову простуда не нужна.

— Несите, — сказала я, и дриады исчезли, весело переговариваясь.

Серебряков привлек меня к себе, и я фыркнула, мокрая одежда успела остыть после теплого озера. Он усмехнулся и отодвинулся, продолжая держать за руку. Я отвернулась, делая вид, что мне все по барабану и выпендривалась так до тех пор, пока не вернулись дриады. Они притащили белую рубашку, черные штаны и сапоги. Как ни странно, но все это было по размеру Алексу. Такое ощущение, что у них тут гардероб мужской одежды всех размеров. Мне тоже принесли сухую тунику, вот за это спасибо. Дальше вертлявые нахалки расселись вокруг, совершенно ничего не стесняясь и уставились на Серебрякова, ожидая, когда он начнет раздеваться. Если бы они не спасли ему жизнь, я бы их сейчас убила, честное слово, а так просто возмущенно глядела и ворчала себе под нос. Алекс растерянно посмотрел на них, потом на меня, хитро улыбнулся и, не спеша, снял мокрую рубаху, не забыв продемонстрировать рельефную мускулатуру.

— Ах, — дружно выдохнули нахалки.

— Красавчик.

— Ладненький.

— Приятненький.

— Потрогать бы…

— Хр-р-, — это не умертвие, это я.

— Жадина.

— Вредина.

— Ага-а, — это уже наглые дриады.

Серебряков продолжал стриптиз, не спеша расстегивая брюки. Я скрестила руки на груди и наблюдала сольное выступление кобелюки обыкновенного. А потом я хмыкнула и запела песню Тома Джонса «Секс-бомба»:

Sexbomb sexbomb you're a sexbombcan give it to me when I need to come alongsexbomb you're my sexbomb

And baby you can turn me on turn me on darlin'…

У меня обнаружился слух и наличие неплохого голоса, вот она кровь дриадская. Алекс ненадолго замер, изумленно вскинув бровь, потом расплылся в широкой улыбке, и началось настоящее представление. Двигался подлец очень пластично и зажигательно. Дриады неистовствовали, заходясь в визге и радостном смехе. Потом вскинули руки и начали хлопать, подхватывая ритм. Серебряков звездил по полной, наслаждаясь вниманием всего цветника. Дальше наш стриптизер обошел об алдевших в конец дриад, каждая из которых посчитала своим долгом шлепнуть его, щипнуть, погладить… И все это у меня на глазах! Допевала я уже злобно скалясь. Алекс уложился в последние строчки, красиво одевшись, и довольный посмотрел на меня.

— Шалава, — обличила я его и стремительно отвернулась, чтобы тут же застыть, напряженно глядя на новое лицо.

— Здравствуй, доченька, — сказала золотоволосая дриада, как две капли воды похожая на меня.

Я не знала, что сказать этой чужой женщине, которая тепло мне улыбалась. Она протянула руки и обняла меня, ласково погладив по волосам, а я так и не подняла рук, чтобы обнять ее в ответ.

— Здравствуй…те, Аэринн, — наконец, выдавила я из себя, мамой ее назвать не поворачивался язык.

Мне казалось, что, если я произнесу это важное и родное слово, то предам свою мамочку Надю, которая столько души в меня вложила. Дриады молчали, Аэринн тоже вдруг помрачнела.

— Мы чувствуем то, что чувствуешь ты, Лилиан, — сказала она. — Я не должна была позволять отнимать тебя у себя.

— Все хорошо, — голос стал хриплым. — Мне говорили, что я была в опасности.

— В опасности, — она кивнула и золотая прядь скользнула на лицо.

Сзади подошел Алекс и положил мне руки на плечи. Я прижалась к нему спиной, ища защиты. Ну, не знала я, как мне себя вести. Я даже Сашу знала больше, чем родную мать. Он крепче сжал мои плечи и поздоровался.

— Рад приветствовать маму Лили, — и добавил. — Вы отлично выглядите.

Аэринн улыбнулась, улыбка получилась грустной. Я все смотрела на нее, будто на свое отражение, даже по возрасту она не выглядела старше. Дриада взяла меня за руку, я аккуратно руку забрала.

— Пойдем, погуляем, — предложила моя биологическая мать.

Я осталась стоять на том же месте. И тут встрял Алекс. Он отвел меня в сторону.

— Это же твоя мама, — сказал он и, заметив в моих глазах возмущение, продолжил. — Котенок, от того, что ты прогуляешься с мамой из этого мира, ты не предашь ни коим образом маму из другого мира. Тебя не бросили, тебя спасали, ты должна хотя бы ее выслушать. — я хмуро посмотрела на него.

Потом молча развернулась и пошла обратно к Аэринн. Алекс догнал меня, приобняв за плечи.

— Но сначала переоденься, ты мокрая. Кстати, я не против твоего стриптиза, даже готов спеть. — ухмыльнулся он, и я вспыхнула. — Хотя, можешь и не переодеваться. Мокрая туника так заманчиво тебя обтянула.

Я молча схватила сухую тунику, которую повесила на сучок, пока наблюдала за стриптизом, и направилась в заросли кустов. Серебряков сделал вид, что идет за мной.

— Не вздумай, — ткнула я в него пальцем, и он довольно засмеялся.

Когда я переоделась и вернулась, он болтал с Аэринн. Они чему-то смеялись, я недовольно поморщилась. Дриада взглянула на меня и протянула руку. Я отдергивать свою в этот раз не стала. Саша улыбался, глядя нам вслед. Последнее, что я увидела, обернувшись, это стайку дриадочек, вновь окружившую Алекса, я показала ему кулак. Бабник развеселился.

Мы не прыгнули на дерево, как это было во время бега до источника, ветви сами склонились к земле, и мы с Аэринн просто шагнули на них. Ветви поднялись, тут же переплетаясь в зеленую тропу. Спокойно брести по такой дороге оказалось не менее приятно, чем бежать. Какое-то время мы шли молча, дриада поглядывала на меня, я украдкой на нее.