Четверо чужаков отделились от группы и, держа наготове ручное оружие, двинулись к арене. Рафу показалось, что они ждут нападения с этого направления.

Под град приказов остальные вернулись на склад, и офицер, заметив, что Раф задержался, нетерпеливо поманил его за собой.

Внутри чужаки разделились, они ходили вдоль полок и столов, отбирая нужное. По их действиям стало ясно, что они пересмотрели свою задачу и решили ограничить время пребывания на складе. Некоторые брали по целой груде ящичков и мелких контейнеров, таких лёгких, что их выносили по полдесятка зараз. Другие по двое и по трое стаскивали тяжёлые механизмы с оснований и грузили на тележку. Было заметно, что они очень торопятся.

Стремясь догнать Сссури, Дальгард забыл свои тревоги и решительно ступил из шлюза на морское дно, вернее, попытался ступить, потому что немедленно поплыл. И дальше продолжал плыть с попеременной скоростью.

Раскачивающиеся плети гигантских водорослей, какие находят только на мелководье вблизи берега, сплетались вокруг, но не закрывали скал, которые резко поднимались вверх немного впереди. Разведчик не видел водяного, но, отодвигая одну такую плеть, уловил призыв товарища:

«Здесь, у скал!»

Раздвигая плавучую листву, Дальгард протиснулся к основанию каменного барьера. И увидел, что вызвало такое возбуждение у его спутника.

Сссури разогнал кольцо живущих в морском песке стервятников и стоял на коленях, внимательно разглядывая почти очищенный от плоти череп одного из представителей своего народа. Что-то в нём было странное. Дальгард отодвинул водоросль, закрывавшую ему поле зрения, и смог рассмотреть яснее.

Большинство костей скелета были белые и чистые, но сам череп почернел, рука и плечо скелета тоже были обожжены. Этот водяной погиб не в морс!

«Да, это так, — ответил на его мысль Сссури. — Они снова приходили и принесли огненную смерть…»

Изумлённый Дальгард смотрел на склон, который уходил вверх, служа основанием острову.

— Давно умер? — спросил он, уже догадываясь, каким будет ответ.

«Эти чистильщики действуют быстро, — Сссури указал на жителей песка. — Может, вчера или на день раньше. Не дольше».

— И о н и теперь наверху?

«Кто может сказать? Но они не знают ни моря, ни островов».

Было ясно, что водяной собирается подняться и посмотреть, что произошло наверху. Дальгарду оставалось последовать за ним. Это правда, что у водяных нет равных, когда дело касается моря и берегов. Дальгард был уверен, что Сссури поднимется наверх и узнает, что произошло, и ни один часовой его не заметит, если, конечно, Другие расставили часовых. Другое дело, сможет ли он сам действовать так же бесшумно и незаметно.

В конце концов они наполовину взобрались, наполовину выплыли наверх, избегая нападений скальных ос, безвредных, если находишься достаточно далеко от их жгучего жала. Эти существа всю свою короткую жизнь прикреплены к расселинам, в которых и вылупились.

Голова Дальгарда высунулась из воды среди пены прибоя за острым выступом скалы. Судя по освещению, вечер подходил к концу. Колонист сорвал маску и с облегчением набрал полные лёгкие доброго чистого воздуха. Сссури, с прилипшей к телу мокрой шерстью, брёл к берегу, рассматривая скальную стену, охраняющую вход на остров.

Теперь, когда можно было осмотреться, Дальгард увидел, что они выбрались на один из целой цепи островов. Именно такие острова, с изрезанными берегами, со множеством убежищ, предпочитают водяные для своих поселений. Здесь встречаются сухие пещеры с подводными входами, в которых устраиваются групповые дома. А в море множество водорослей, готовых к сбору урожая.

Подняться по склонам будет нетрудно. Дальгард избавился от подводного аппарата, спрятав его в расселине, которую завалил камнями. Он решил, что здесь волны до него не доберутся. Возможно, аппарат ещё понадобится ему. Потом, затянув потуже пояс и выжав воду, насколько возможно, из одежды, повесив на спину колчан и лук, он подошёл к тому месту, где Сссури уже пробивал углубления для рук и ног.

— Нас могут увидеть… — Дальгард откинул голову назад, пытаясь разглядеть, что ждёт их вверху.

Водяной быстро покачал головой.

«Они ушли. За ними осталась только смерть… много смертей…» — и разведчика поразила мрачность его мысли.

Дальгард знал Сссури с того времени, как научился ходить; Сссури тогда детёнышем впервые увидел чудеса суши. Но никогда не чувствовал он в друге такого отчаяния. И ничем не мог ответить.

В сумерках, когда за спиной на небе появились последние красные полосы, они поднялись по склону. Водяной словно закрыл сознание перед товарищем. Их пальцы иногда соединялись во время подъёма, но что касается общения, Сссури мог бы находиться за полмира отсюда. Никогда он так не отгораживался от Дальгарда; с его чувствительностью к ночи, ко всему миру это ощущалось вдвое острее.