Чужаки о чём-то заспорили, по-видимому, какие двери открывать первыми, а земляне отошли чуть в сторону, не понимая быстрых слов и жестов.

Раф попытался разглядеть многоцветные полоски, извивавшиеся вокруг дверей и на стенах. Но вскоре обнаружил, что попытки проследить за какой-нибудь полосой или рисунком только вызывают болезненное ощущение, которое усиливается, чем дольше смотришь. В конце концов ему пришлось опустить глаза и смотреть на серый пол.

Наконец чужаки приняли решение, а может, одна их часть перекричала другую. Они собрались у двери напротив рампы. Снова раздвинули панели. Земляне, побуждаемые любопытством, приблизились. За дверью оказалась длинная комната. Вдоль стен проходили сплошные ряды полок, а на них громоздилось огромное количество странных предметов. Раф, бросив взгляд, решил, что понадобятся месяцы, чтобы разобрать всё это.

Вдобавок комнату разделяли на узкие проходы длинные столы. И вот посреди одного такого прохода чужаки собрались. Они были такими же молчаливыми, какими шумными казались снаружи. Раф не понимал, что привлекло их напряжённое внимание. Он видел лишь ряд следов на пыльном полу. Но чужак, в котором Раф узнал офицера, показывавшего ему шар, прошёл вдоль всего следа ко второй двери. И двигаясь по другому, параллельному проходу, Раф ощутил густой, выворачивающий желудок сладковатый запах. Что-то очень-очень мёртвое и совсем рядом.

Офицер, должно быть, пришёл к такому же заключению, потому что поторопился открыть вторую дверь. Перед ними открылся длинный узкий коридор, вблизи крыши стены прорезали узкие окна, в которые пробивался солнечный свет. И один такой луч падал на тушу размером со слона. Так по крайней мере вначале показалось поражённому Рафу.

Внешний вид животного ни о чём не говорил; судя по чешуе, когда-то оно было пресмыкающимся: тело отыскали стервятники, и пир шёл вовсю.

Офицер-чужак осторожно обошёл тушу. Раф хотел было осмотреть её внимательней, но не мог заставить себя заняться таким неприятным делом. В группе, стоявшей у двери, слышались возбуждённые восклицания.

А офицер, обойдя тушу, снова принялся рассматривать пыльный пол. Если тут и оставались какие-то следы, сейчас их разглядеть было невозможно: пирующие по всему полу таскали куски мяса. Чужак пробрался мимо ужасных останков к противоположному концу коридора. Раф с такой же осторожностью последовал за ним.

Они вышли в небольшой проход, уходящий под землю, как решил землянин. Потом прошли участок с зарешеченными клетками и длинный коридор. Здесь зловоние либо застоялось в клетках, либо доносилось откуда-то ещё, и Раф буквально подавился, когда в лицо ему ударил особенно противный запах. Он продолжал внимательно глядеть по сторонам, ожидая увидеть пирующих. Пир ведь не был закончен. Может, их приход вспугнул стервятников. А ему не хотелось бы встретиться в неосвещённых подземельях с существами, способными таскать такие туши.

Проход снова начал подниматься, и Раф увидел впереди яркий свет. Это мог быть только свет солнца. Чужак отчётливо выделялся на его фоне. Но вот и сам Раф перебрался через груду песка и перед ним предстала ещё одна сцена смерти. Оказывается, у первого мёртвого чудовища имелись сородичи, и они тоже лежали, мёртвые, разорванные, искалеченные. Раф остался у входа, потому что даже свежий воздух и утренний ветер не могли уничтожить зловоние, которое казалось не менее смертоносным, чем газовая атака.

Должно быть, вонь смутила и офицера, потому что тот чуть поколебался. Потом с видимым усилием направился к грудам плоти и покружил вокруг туш, словно желая уточнить причину смерти. Он был полностью занят этим, когда из прохода выбежал другой чужак. В руках он держал какую-то белую палку. Весь вид его свидетельствовал, что он сделал какое-то важное открытие.

Офицер выхватил у солдата палку, покрутил в руках, разглядывая. И хотя под слоем краски было трудно разглядеть выражение лица, Рафу показалось, что офицер испытывает удивление, смешанное с недоверием. Словно подчинённый принёс ему предмет, который он меньше всего ожидал здесь увидеть.

Рафу тоже захотелось взглянуть на это, но чужаки стремительно проскочили мимо него и ушли в коридор. Второй изливал целые потоки слов, офицер внимательно слушал. И землянину пришлось поторопиться, чтобы не отстать от них.

Однако, уходя с арены, он запомнил одну подробность: из-под неподвижного тела самого большого животного торчала передняя лапа, а на ней — металлический браслет. Неужели это домашние животные? Сторожевые собаки? Ведь это явно были не разумные существа, способные создать и носить такое украшение. А если это сторожевые собаки, то кому они служили? Землянину казалось невероятным, чтобы их хозяевами были чужаки. Может, чудовища служили стражниками этих сокровищ. Тогда смерть стражей говорила о том, что сокровище разграблено. Но кем или чем?..

Мозг Рафа был занят этими размышлениями и вопросами, пока он вслед за чужаками шёл по коридору, где нашли первого пресмыкающегося. Чужак, который принёс находку командиру, осторожно перелез через кучу мусора и положил белый стержень туда, где тот, очевидно, лежал.

По резкий команде офицера два чужака прошли вперёд и оттащили голову животного, повернув ее так, чтобы показалась нижняя часть. На горле зияла широкая рана, но Раф не видел разницы между нею и тем, что оставили пирующие. Однако офицер, прикрыв нос полоской ткани, наклонился, разглядывая рану, и сделал какое-то заявление, вызвавшее оживлённые комментарии у остальных.