— Позовут, — пожав плечами, Ратников уселся рядом с Артемом на выкрашенную серой густотертой краской скамейку.

Дверь тут же открылась:

— Заходите товарищ… товарищи…

Уже успевший натянуть темно-синий, с серебристыми лейтенантскими погонами, китель, участковый, казалось, ничуть не удивился экстравагантному виду посетителей.

— Вот, на стулья присаживайтесь… Что? На пляже обнесли? Не первый случай.

— О-ох, — Ратников тяжело вздохнул. — Стыд-то, стыд-то какой!

— Говорю же, не вы первые. Как сезон — так начинается. Вроде и всех пересажали уже, ан нет…

— И главное, документы, деньги… вместе с одеждою все унесли! А мы ведь только сегодня приехали… и вот, нате вам, такая оказия!

Участковый махнул рукой:

— Да не переживайте вы так, дорогой товарищ, чай не в какой-нибудь Америке живем — вот там бы точно пропали, а здесь поможем, чем сможем. Сейчас с вас объяснение возьму… Вы, вообще, издалека к нам?

— Хабаровский край.

— У-у-у-у!!! Эт вы попа-а-али! Да ладно, сказал же — не переживайте.

— Зверосовхоз там у нас… имени Бони… имени Сергея Лазо.

— Знаю такой! Не первый раз уж от вас приезжают… обычно по профпутевкам.

— Ну а мы с сынишкой решили — диким так сказать, образом.

— Ай-ай-ай, товарищи! — милиционер шутливо погрозил пальцем. — Решили частный сектор кормить? Вот и покормили. Что же вы за вещичками-то своими не следили?

— Не болтай по телефону, болтун — находка для шпиона, — глянув на висевший над сейфом плакат, шепотом прочитал Артем.

— А? Ты чего шепчешь-то, хлопец? Ладно, давайте все по порядку. Сначала — с вас… Имя, фамилия, отчество и все такое прочее.

— Виталий Андреевич Собольков, зоотехник…

Ратников хорошо себе представлял, что дальше будет — пошлют телеграфный запрос в Хабаровский край… Там с паспортным столом сверятся, подтвердят — да, мол, есть такой гражданин, потом, может быть, в зверосовхоз позвонят — там тоже скажут, уехал, мол, товарищ Собольков в отпуск к Азовскому морю… и вот еще не вернулся. Пока то да се — время пройдет немалое. А за это время Ратников сильно надеялся отсюда убраться.

Можно, конечно, что-нибудь и получше было придумать, но… как сложилось, так и сложилось, чего уж теперь? Тем более участковый-то, кажется, мужик правильный.

— Ну вот… — лейтенант протянул исписанный мелким убористым почерком лист. — Прочтите, напишите — «с моих слов записано верно, мною прочитано», поставьте подпись. Все! Будем искать… Вы, верно, голодные?

Позвенев связкой ключей, участковый порылся в сейфе:

— Вот вам два талона… в колхозной столовой пообедаете… она в этом же здании, только с другой стороны вход. Ой… Как же туда пойдете-то, этакими индейцами? — милиционер ненадолго задумался и махнул рукой. — Ладно, до тетки моей прокатимся двоюродной. Муж ее, дядя Слава, на фронте, под Сталинградом, погиб. Хороший был мужик. Так вот — там насчет одежки сообразим, подберем что-нибудь. На вас — точно найдем, а вот насчет пацана — не уверен. Ха! Да какая пацану летом одежда? Трусы да тюбетейка, чтоб голову не напекло. Ну, что? Поехали?

Быстро заперев сейф, участковый водрузил на голову фуражку с синим околышем и, прихватив с собой полевую сумку, махнул рукой:

— Пошли. У меня тут мотоцикл рядом.

Протарахтев на мощном трофейном «БМВ» почти через весь город, вся честная компания высадилась напротив сильно покосившегося палисадника с маячившей за деревьями хатой.

— Вот здесь тетка моя и живет, — открывая калитку, с улыбкой пояснил лейтенант. — Зовут Степанида Лукьяновна. Вы не пугайтесь — она с виду только суровая, а так — золотой человек.

— Улица Ворошилова, тридцать семь, — прочитал табличку Тема.

— Ондре-эй! — послышался утробный голос из летней кухни. — Ты кого это привел?

— Людей, тетушка Степанида.

— Я вижу, что не собак. Что за люди-то?

— Объясню… Слышишь, им бы одежку какую-никакую старенькую. Ты ж от дяди Славы не всю продала?

— Хорошую — всю, сам знаешь, какое время было.

Показавшаяся из кухни Степанида Лукьяновна — высоченная, тощая, с изможденным, со впалыми щеками, лицом и крючковатым носом — сильно напоминала Бабу-ягу. Артем даже спрятался за широкую спину Ратникова.

— Не прячься, не прячься, — сурово погрозила ему старуха. — Смотри, абрикосы с деревьев не вздумай рвать… вон, с земли бери, ладно. Ондрей, ты мне когда забор-то поправишь? Да в сарае надо крыши покрыть — ить осень скоро.

— Так июль же еще не начался! Да сделаю, сделаю, тетя Степанида, перекрою тебе крышу… ну, вот как только время посвободнее будет.

— Крышу и я могу перекрыть, — бросив быстрый взгляд на сарай, негромко промолвил Ратников.

— Чего-чего? — тетка Степанида среагировала тут же. — А ты умеешь ли?