Джейк приоткрыл дверь и просунул голову в комнату.

– Эй, живая душа! – позвал он глухим голосом сквозь закрывавший ему рот шерстяной шарф. – Тут тебе кое-что северный ветер принес!

И он, достав из кармана куртки смятый голубой конверт, протянул его Уэйду.

– Вот, – сказал он. – Это пришло вчера с послеполуденным дилижансом, я забыл отдать тебе.

Старик усмехнулся.

– Судя по почерку, это писала женщина. У тебя появилась новая девушка в Шайенне, сынок?

– Все возможно, – уклончиво ответил Уэйд. – Надеюсь, ты не будешь возражать, если в твоем доме появится невестка?

– Конечно, это было бы неплохо, – пробормотал Джейк, но улыбка сразу же исчезла с его лица. Он чуть не брякнул, что всегда надеялся: Уэйд когда-нибудь все-таки женится на Шторм. – А эта девушка, она хорошенькая и из хорошей семьи?

– Это – женщина, папа, и она очень воспитанная и порядочная. Ты полюбишь ее.

– Хорошо, – сказал Джейк и тихо закрыл за собой дверь.

Уэйд вскрыл конверт сразу же, как только захлопнулась входная дверь. Внутри была короткая записка.

«Приезжайте немедленно. Бен умирает».

Уэйд быстро упаковал в седельную сумку смену чистого белья, молясь про себя, чтобы Бог позволил ему застать брата еще в живых. Если бы отец отдал ему письмо Джейн вчера, он мог бы успеть на послеполуденный дилижанс. А теперь ему придется гнать своего Ренегейда по глубокому снегу, что замедлит его продвижение, и он потеряет драгоценное время.

И все же, как не спешил Уэйд, он нашел время черкнуть отцу пару строк:

«Папа, я уехал в Шайенн. Не знаю, когда вернусь. Уэйд».

Положив записку на лампу в надежде, что Джейк сразу же обнаружит ее, Уэйд надел свою теплую куртку на овчине и нахлобучил на голову шапку, низко надвинув ее на лоб. Когда он открыл дверь, холодный ветер с колючим снегом ударил ему в лицо. Уэйд, закрываясь от него рукой, поспешил к сараю.

Как он и ожидал, двигаться из-за глубокого снега было очень трудно. В некоторых местах заносы на дороге образовывали высокие сугробы, Уэйду приходилось спешиваться, торить своим телом путь, расчищать его, а затем проводить жеребца по расчищенной тропинке. Он не останавливался ни разу ни для того, чтобы перекусить, ни для того, чтобы поспать. Один лишь раз он остановился напоить Ренегейда из незамерзшего ручья.

Когда через сутки – на следующее утро – Уэйд въехал в Шайенн, он был столь же обессилен, как и его конь.

Уэйд поскакал прямиком на конюшню Ньюмена и дал там распоряжение подростку, ухаживающему за лошадьми, растереть и почистить своего жеребца и задать ему хорошую порцию овса.

После этого Уэйд прошел в ближайшее кафе и выпил там залпом две чашки кофе, чтобы поддержать свои силы.

Остановившись напротив больницы Святого Иоанна, Уэйд сразу позабыл о ледяном пронизывающем ветре, продувающем, казалось, до костей.

Он боялся переступить порог больницы, предчувствуя дурные новости.

Наконец, сжав зубы и собрав в кулак все свое самообладание, он поднялся по ступеням крыльца и распахнул дверь. Когда он уже проходил по коридору, направляясь к палате Бена, Марта торопливо встала из-за своего стола и поспешила за ним.

– Уэйд, – мягко окликнула она его, – вашего брата нет больше в той палате, он скончался сегодня рано утром, около четырех часов.

И видя, что Уэйд уставился на нее невидящим взором, сестра милосердия добавила:

– Его жена уже забрала тело в морг, он расположен по соседству с нашей больницей.

Уэйд недоверчиво покачал головой, как будто не веря сообщению Марты. Проведя сутки в седле, он преследовал только одну цель: не опоздать, успеть пожать еще живую руку брата, успеть проститься с ним.

– Как вы думаете, была ли смерть брата легкой?

– Очень легкой. Отец Келли из храма Святой Марии проводил его в последний путь, как это положено католическому обряду, и он отошел во сне.

В глазах Уэйда отразилось изумление. Он не знал, что Бен – католик. Ведь они с отцом принадлежали к методистской церкви. Правда, они не часто ходили в храм. Папа посещал службу время от времени, а сам Уэйд не заглядывал в церковь годами.

Он почувствовал, что Марта смотрит на него, и повернул к выходу.

– Я еще зайду, чтобы оплатить счет за содержание Бена, – сказал он. – А сейчас я навещу Джейн и Эми и займусь подготовкой к похоронам.

Провожая его к выходу, Марта спросила:

– А разве вы не знаете, что миссис Мэгэллен намеревается отправить пароходом тело Бена в Чикаго, где он будет похоронен рядом со своей матерью.

– Понимаю, – кивнул Уэйд, не в силах более ничего произнести. Он решил, что Джейн правильно делает. Она и Эми, без сомнения, вернутся снова в Чикаго, когда он сам скончается на больничной койке.