— Интересно, — бросил Главный, — вы повторяете мой ход мыслей.

— Последняя странность, — продолжал Игорь. — Пышные похороны завершились не в усыпальнице французских королей — Сен-Дени, а на кладбище Пер-Лашез в специальном мавзолее, спешно отстроенном для этой цели. В течение недельных траурных церемоний гроб был наглухо заколочен, склеп после похорон замурован, а сам мавзолей загадочно сгорел спустя полгода. Хотя камень, как известно, не горит.

Главный взглянул на него.

— У нас есть еще пятнадцать минут. Вы хорошо разобрались в обстановке.

— Загадка на загадке… — пробормотал Игорь.

— Да. Все объяснилось бы весьма просто, если бы не два обстоятельства.

— Каких?

Главный неторопливо прошелся по кабинету.

— Вы читали мемуары графа де Местре? — неожиданно спросил он.

— То место, где он упоминает о существовании заговора против Франциска? Читал. Во главе заговора стоял Гуго, единоутробный братец короля, ставший после его смерти Филиппом III Французским.

— Верно. Но — первое обстоятельство. Если Франциск пал жертвой заговора, то все объясняется — и заколоченный гроб и внезапная смерть от несуществовавшей болезни, все… кроме одного. Почему короля похоронили на кладбище, а не в усыпальнице? На кладбище, как простого смертного. Гуго мог убить брата, но ведь хоронил-то он короля!

— Вообще ни в какие рамки не лезет, — признался Игорь.

— Вы забываете о записках Анны де Брейль, бывшей любовницы короля.

— По-моему, ей доверять нельзя, — произнес Игорь. — То, что она пишет, — совсем уж мистика.

— Мистика, — задумчиво повторил Главный. — Конечно, мистика. Старушка увидела живого и невредимого Франциска в Бордо, спустя тридцать пять лет после его смерти. Напрашивается предположение, что король не умер, а таинственно исчез, мелькнув случайно перед Анной де Брейль спустя тридцать пять лет. Странность с погребением говорит в пользу этого предположения.

— Похоронили кого-то другого! — кивнул Игорь. — Ясно! Но я бы не доверял ей, и вот по какой причине: когда она увидела короля в Бордо, ему должно было быть 65 лет. А она пишет, что он ничуть не изменился и был такой же, как и в пору ее молодости.

— Да, — согласился Главный. — Загадок много.

— Слишком. Это мне не нравится. Собственно, не столько это, сколько расплывчатое задание. Как-то все неконкретно…

— Вас порекомендовала Центральная, — напомнил Главный.

— Знаю. Фехтование, реакция, французский в совершенстве… Знаю.

— Если бы Управление было в состоянии дать более конкретное задание…

— Понимаю, — поднимаясь, сказал Игорь. — Посмотрим, что у них там…

Главный вздохнул, как показалось Игорю, с облегчением.

— Операция “Тень” начинается, — сказал он. — Надеюсь, когда она завершится, одним темным пятном в Истории станет меньше.

Игорь пожал протянутую руку.

— Я постараюсь, — сказал он.

Утреннее солнце заливало ярким светом грязноватую улочку близ Королевской площади. Хлопали двери: хозяйки шли на рынок, повесив на локти продуктовые корзинки. Прогромыхала карета. Открывались окна в верхних этажах, и заспанные физиономии обывателей осматривали небо в поисках случайной тучки. Ничего не обнаружив, обыватели зевали, прикрыв ладонью рот, и отходили в глубь комнат.

В одном из домов, отличающемся от своих собратьев лишь тем, что был чуточку почище да имел крыльцо в три ступеньки, открылась дверь и появился молодой человек лет двадцати пяти. Шляпа с дорогими перьями, шпоры на сапогах, платье — все указывало на его благородное происхождение. Или должно было указывать. Он хотел, было, тихонько прикрыть дверь, но передумал и мощным пинком захлопнул ее. На шум из окна верхнего этажа высунулся обрюзгший хозяин дома. Он был хмур, но, увидев внизу своего постояльца, расплылся в улыбке.

— А, мсье д’Эттоль! Вы уже проснулись?

— По-видимому, — ответил молодой человек. — Но я в этом еще не совсем уверен.

Домовладелец угодливо улыбнулся.

“Ну и рожа! — подумал Игорь, выходя на соседнюю улицу. — Классический тип!”

Когда их, молодых стажеров, посвящали в поисковики, им говорили: “Основное в профессии поисковика — умение вживаться в эпоху. Этакая социальная мимикрия. Чтобы жить в обществе какого-то исторического периода, необходимо быстро адаптироваться в нем. Чтобы работать в этой эпохе — нужно уметь адаптироваться и вдвойне быстро. Ну и конечно — за всем этим не забывать о главном — о цели поиска”.