Однажды утром Игоря разбудил осторожный стук в дверь.

— Мсье д’Эттоль! — раздался из-за двери голос домовладельца. — Вам письмо!

Игорь поблагодарил хозяина и, закрыв за ним дверь, вскрыл конверт.

“Игорь! — написано было в письме. — Решением Совета я задействован в поиске по линии Гуго. Срочно зайди ко мне на улицу Августейших младенцев, дом метра Брюи. Жду”.

Ниже стояла витиеватая закорючка, в которой Игорь без труда узнал подпись своего сослуживца по Управлению Володьки Брюинского.

“Улица Августейших младенцев, — размышлял Игорь, одеваясь. — Это в Латинском квартале. Похоже, метр Брюи представляет на сей раз мир науки. Наука и Гуго. Странно. Что между ними общего? Впрочем, нечего ломать голову — Володька сам все расскажет!”

И он отправился на улицу Августейших младенцев.

…Тогда и решили, что поиск нужно расширить! — говорил Володя, расхаживая по небольшой, уютно обставленной комнате под самой крышей дома.

— Хм, — Игорь задумчиво пожевал кончик уса. — Думаешь — клюнет?

— Я не думаю. Этот вариант рассчитала Центральная.

Игорь обвел взглядом комнату.

— А обстановка у тебя не соответствует! — заметил он.

— В эту комнату никто, кроме меня, не входит. Посетителей я принимаю при всех регалиях — в лаборатории. Там все как надо: и шипит, и булькает, и полумрак, и запахи — не дай боже…

— Повтори-ка свою легенду, — попросил Игорь.

— Я — медик. Алхимик. Колдун. Соседи считают, что я якшаюсь с самим Сатаной. Короче — со всех сторон личность загадочная.

— Темная, — улыбнулся Игорь.

— Да, — согласился Володя. — Специалист по всяким там приворотным зельям, чудодейственным бальзамам, эликсирам молодости и… ядам!

— Значит, все-таки яд?

— Да. Я же из Флоренции — этой мировой мастерской ядов! Владею всеми секретами ремесла, и вообще, я — личность, со всех сторон подходящая для черного дела подобного рода.

— Ясно. Не забудь известить меня, если братец нанесет тебе визит.

— Уже.

— Вот как… Когда?

— Вчера поздно вечером.

— Само собой, явился инкогнито?

— В плаще и черной маске. Сделал заказ.

— Неужели яд?

— Ну, дружище, ты слишком много от него хочешь. Пока только средство от головной боли. Но в следующий раз…

— Ясно. Спасибо за информацию. Значит, будем работать вместе?

— Э, нет! Ты по своей линии, я по своей. Это приказ Совета.

Игорь пожал плечами:

— Вечно они чудят! Ну что же, пошел я?

— Не торопись. Тебе необходимо поговорить с Главным.

— Ого! Тебя даже аппаратурой снабдили?

— Пошли покажу.

Разговаривая, они спустились в подземелье. Было темно и сыро. Пахло плесенью. Вдоль стен стояли бочки, опоясанные позеленевшими обручами.

— Нежиль какая-то… — пробормотал Игорь.

Володя подошел к бочке, на три четверти зарытой в землю в углу подвала, и привел в действие скрытый механизм. Крышка отползла в сторону, зажегся свет, и Игорь увидел вход в комнату, заставленную приборами.

— Вот, — Володька хлопнул рукой по удобному креслу, стоявшему перед телевизионным экраном. — Устраивайся поудобней и разговаривай с Главным сколько влезет. Есть хочешь?

Володя вышел, а когда вернулся, весь экран занимало лицо Главного управляющего активной хронологией.

…О смерти Франциска объявили двадцать седьмого, но он не показывался на людях с двадцать пятого. Поэтому вероятные даты события — 24, 25, 26. В эти дни вы должны быть готовы ко всяким неожиданностям.

— Деньги мне нужны, — сказал Игорь.

— Хорошо. Ждите завтра связного. Он будет у вас в девять вечера под видом монаха-доминиканца. Ни на минуту не отходите от короля.

— Через час он ждет меня в Лувре.

— Отправляйтесь туда немедленно!

Володька понимающе смотрел на Игоря.

— Ты хоть поешь, что ли… — сказал он.

Игорь только рукой махнул: “Какое там!..” и пошел в Лувр.

День прошел спокойно, даже нудно. У короля играли в табльдот. Партия, бесконечная, как воскресная проповедь капеллана, шелест карт по зеленому сукну, звон монет… В восемь королю подали ужинать. Игорь вздохнул с облегчением и помчался домой встречать связника.