– Постой-ка, – Миша окинул ее беспокойным взглядом, – ты похудела, что ли?

– Кажется, да. Немножко, – кокетничала Рыкова. – Тосковала в разлуке.

– Ты ничего от меня не скрываешь? Может, ты пьешь какую-нибудь каракумскую колючку? Или еще какую-нибудь… няку?

Зина рассмеялась:

– Я не намерена от тебя ничего скрывать. Просто я решила последовать твоим советам, и все пять дней, что тебя не было, ела на ужин овощной салат.

– И такой эффект! – шумно восхитился Бекетов. – У тебя прекрасный метаболизм.

– Кстати, о метаболизме, – посерьезнела Рыкова. – Ты узнал у коллег насчет этих корректоров, про которые рассказывал?

– Да, узнал кое-что. Препарат действительно революционный. Клинические испытания подтвердили эффективность в 97 % случаев. Ты далека от медицины, и тебе трудно представить, что это колоссальный, просто фантастический, результат. Из минусов: были небольшие «побочки». Головокружение, более частое мочеиспускание, легкая сонливость…

– Это опасно?

– Абсолютно безопасно. О побочных эффектах сообщили всего 27 % тестируемых. Все симптомы тут же исчезли после завершения курса.

– Как бы я хотела пройти подобный курс! – закатила глаза Рыкова.

– У тебя нет к нему показаний, – мягко втолковывал ей Бекетов.

– Это тебе так кажется, – капризничала Зинка. – А я кажусь себе неуклюжей жирной коровой.

– Зизи, да ты что?! Ты роскошная, пышная красавица! – он чуть смутился. – В командировке я думал только о том, как бы поскорее обнять тебя…

– Сейчас как тресну по губам, – дерзко улыбнулась Зинка. – Кстати, как называется средство?

– Называется… – Миша задумался. – Забыл! Буквально вчера обсуждали с коллегами, и вот, вылетело из головы. Как вспомню – скажу.

– Да просто зайдем в аптеку и спросим. Они наверняка в курсе.

– В аптеку? – Бекетов рассмеялся. – В том-то и дело, что я слегка ввел тебя в заблуждение.

– Что-что? – нахмурилась Зина.

– В аптеках его не купишь. Препарат пока не сертифицирован на территории Российской Федерации.

Воссоединение после пятидневной разлуки влюбленные отметили в кафе. Бекетов поставил «Ладу» на стоянку – он тоже был не прочь расслабиться.

– Ох и хорош же ты, Мишка, – не скупилась на комплименты разомлевшая Рыкова. – Смотрю – и налюбоваться не могу.

– Да перестань, Зин, – смутился тот и прикончил остатки коньяка. – Вот ты – это я понимаю, достойна кисти фламандца. А я что? Так, чуть красивее обезьяны.

– Знаешь, в природе встречаются весьма красивые обезьяны, – улыбнулась Рыкова. – Скажи, откуда у тебя такие ресницы? Такие брови?

– Брови как брови, – пробурчал Миша и опустил глаза.

– Да нет, как раз у тебя очень необычные брови. Густые-густые, даже на переносице сходятся, а цвет – как у спелой пшеницы, – живописала Рыкова, которая очень давно не видела сельхозугодий.

– Ну, это у всех блондинов такие…

– Хорошо, – рассмеялась Рыкова. – А много ли ты знаешь блондинов с такими черными ресницами, как у тебя? Это же аномалия какая-то. Необъяснимо-прекрасная аномалия!

– Не знаю, почему у меня так. Может, потому что мама брюнетка была, а отец светлый?

– …вот видел бы ты моего тренера, – гнула свое Зинка. – Он тоже довольно смазливый парень… только не ревнуй. Но у него все, как надо: волосы и ресницы светлые, глаза голубые. А у тебя ведь вон какие! Так и сверкают! Как баклажаны на солнышке!

– Все, все, закрыли тему, – смущенно рассмеялся Бекетов. – Зин, мне очень приятно, что тебе нравится моя внешность. Но мне самому, если честно, плевать, как я выгляжу.

– Ой, не лукавь, мой свет, ой, не серди бабушку Зиновью, – захихикала Рыкова. – Моська-то вон какая гладкая. Поди, бреешься и утром, и вечером? Ах ты мой подпольный нарциссёныш!

Бекетов поднял на нее глаза, и Зина в очередной раз поразилась их цвету. Его темные радужки напомнили ей вишни в свежесваренном варенье.

– А ведь каким невзрачным был, а? Откуда что взялось…

– Тебе еще мартини? – и Миша поднялся из-за стола.

Рыкова проводила его восхищенным взглядом. Надо же, так красив, так статен и строен – и при этом сама скромность. Не то, что Стражнецкий, который всегда носит с собой зеркальце и старается везде занять такое место, чтобы где-нибудь видеть свое отражение…

Было уже за полночь, когда они сели в такси.

– Даже не думай от меня сегодня ускользнуть, – нетрезво рассмеялась Рыкова и потянулась к нему губами. – Я зарезервировала для нас скромные уютные апартамены в историческом центре. Там я намерена порвать твои замшелые принципы в клочья.