— Оно прекрасно. Как ты сама, как цветок маргаритка.

— У вас есть такое?

— Конечно. Маргарита, Рита. У нас есть такой цветок — маргаритка. С нежными бело-розовыми узкими лепестками, как твои пальцы, — слова слетали с моих губ сами собой, без участия разума.

Маргарита поднесла руку к глазам.

— Должно быть, это красивый цветок. Мне хочется его увидеть.

— Ты никогда не видела маргариток?

— Никогда.

— Это очень странно.

— Что же здесь странного? Просто мне никто не приносил их. Они растут в моём саду, Кларисса?

— В самом дальнем уголке, возможно. А может, и вовсе нет. Я не помню.

— Вот видишь, ты так часто навещаешь меня, что даже забыла, что за цветы есть в моём саду, — Маргарита надула губки.

— Прости меня, — Клара смутилась, — но твой сад так огромен, что невозможно всего запомнить. Но впредь я буду внимательней. Хочешь, я пойду, поищу их?

— Пойди. Мы подождём тебя здесь. Надеюсь, я не буду скучать с твоим спутником.

— Думаю, нет, — Клара вскочила на ноги и подбежала к двери. — Я скоро!

— Будь осторожна! — крикнула ей вслед Маргарита.

— Не беспокойся! — дверь за Кларой закрылась, и мы остались одни.

— Сядь поближе, я хочу рассмотреть тебя! — Маргарита сделала властный жест.

Я подвинулся к ней поближе. Контуры тела отчётливо проступали через ткань, будоража моё воображение. У меня сильно забилось сердце. Маргарита приблизила ко мне лицо, и заглянула прямо в глаза. Мне показалось, что я сейчас потеряю сознание. Её губы приоткрылись, и не смог сдержать себя. Я впился в её рот долгим страстным поцелуем, теряя голову от счастья. Потом она в изнеможении откинулась на подушки, и я увидел, что её пеньюар почти прозрачен. Я отчётливо различал каждый сантиметр её тела, видел, как вздымается её живот при дыхании.

Я обнял её и накрыл собой. Она не сопротивлялась, и я весь отдался внезапно навалившейся на меня страсти. Весьма кстати я вспомнил, что это сон, и совсем перестал чувствовать неловкость. Какие могут быть ограничения, когда твоё недвижимое тело покоится на кровати, а освободившийся дух смело исследует пучины неведомого? Она была полностью в моей власти, беспрекословно выполняя безмолвные желания плоти, и разум мой отключился.

Я не знаю, сколько всё это продолжалось, потому что очнулся я, лежащим возле неё на кровати, совершенно обнажённым, как и она. Она села и накинула свой пеньюар, а мне велела одеться. Трясущимися руками я подобрал свой наряд и надел его. Затем мы вернулись на исходные позиции.

— Сейчас придёт Кларисса, — Маргарита лежала, как ни в чём не бывало, и я засомневался, что что-то между нами произошло на самом деле — всё-таки странная штука — сны.

Дверь открылась, и Кларисса с небольшим букетом цветов вошла в спальню.

— Это маргаритки, дорогая Маргарита. Тебе нравится?

Это, действительно, были маргаритки, только насыщенного кроваво-красного и белого цветов, и немного крупнее, чем я их помнил.

— Безусловно, они хороши. Тем более, что я знаю этот цветок, он называется Утренняя звезда. Но цвет… Он пугает меня. Где ты нашла их?

— В чужом саду. Мне пришлось украсть их, — Клара опустила лицо в букет. — Там были только такие.

— Почему ты не сказала мне, что у него это называется «маргаритка»?

— Я забыла. Не сердись, моя госпожа.

— Ладно, не буду. А это маргаритки? Ты о них говорил? — Маргарита обратилась ко мне.

— Да, только есть другие цвета — нежные розово-белые. Они похожи на тебя.

Маргарита сделала жест в сторону Клары.

— Поставь в вазу. И больше так не рискуй. Тем более, из-за цветов.

— Я просто хотела порадовать тебя немного.

— Спасибо, я буду вас вспоминать, глядя на эти цветы. Я хочу, чтобы ты пришла обратно, пока они ещё не успеют завянуть. Мне кажется, я завяну вместе с ними… — Маргарита тяжело вздохнула.

— Я постараюсь, моя госпожа, но нам пора идти. Я должна проводить его обратно. Я обещаю, мы скоро вернёмся.

Маргарита подняла на нас глаза, и мне показалось, что там стояли слёзы. Они поцеловались с Кларой, я прикоснулся губами к её руке, стараясь поймать взгляд, но Маргарита не смотрела на меня.

Мы вышли из комнаты, и знакомым путём отправились обратно. Последнее, что я помню, это как натягивал на себя джинсы, путаясь в штанинах.

Когда я открыл глаза, уже явно светало. На часах было около пяти утра, Клары рядом не было. Я позвал её, но имя эхом разлетелось по пустым комнатам — в это время суток тишина обычно достигает апогея. Я подумал, что она, вероятно, ушла выполнять свои рабочие обязанности, и решил ещё поспать. Пережитое во сне взбудоражило меня, и я надеялся, что смогу увидеть продолжение. Но, увы, мои надежды оказались напрасными, и до самого звонка будильника я больше ничего не видел.