— Привет! Ты кто? — я уже научился не удивляться.

— Тише! Говори шёпотом, я хорошо слышу. Меня зовут Эль. Я эльф, живу в лесу неподалёку. А ты кто? И что ты здесь делаешь?

— Я Джокер. Работаю у Натэллы конюхом. А почему нужно говорить тихо? Здесь никого нет.

— Не хочу, чтобы Гектор нас услышал и доложил Натэлле. Он сейчас спит в прохладном углу замка, я проверяла. Он очень ленив, любит поспать после завтрака.

— Тем более, замок довольно далеко, разве он может услышать?

— Не знаю. Ты громко говоришь, а у него хороший слух. Ты чужестранец?

— Да, а откуда ты знаешь?

— От Клариссы. Тсс!

— Ты знаешь Клару?!

— Да, иначе я не решилась бы подойти к тебе. Слушай меня внимательно! Вечером, когда придёшь домой, я приду к тебе, и мы поговорим. Сейчас очень опасно.

— Но…

— Ты о Натэлле? Её сегодня не будет. В этот и другой день она ночует в городе, поэтому не волнуйся.

— А Гектор? Он же следит за мной.

— Знаю. Не беспокойся. Гектор пристрастился пить росу на маковом поле. Когда Натэлла не ночует дома, он отправляется на поле и напивается росы так, что до утра его пушками не разбудишь. Он убедится, что ты пошёл к себе, и непременно пойдёт лакомиться росой. Только оставь окно открытым.

— Хорошо.

— Ну, я покидаю тебя, до вечера! — Эль взмахнула крыльями, и улетела. Издалека она была похожа на большую бабочку.

До вечера я не находил себе места. Я выгулял коней, всячески демонстрируя усердие и прилежание, а как только стало темнеть, ушёл к себе во флигель. Там я лёг на кровать, приоткрыв окно, чтобы Эль могла войти. Из окна приятно дуло свежестью, и закрывать его было бы верхом глупости. Я совсем не ощущал присутствия Гектора, и мне это не нравилось. Ощущение, что за тобой всё время кто-то следит, всё-таки не из приятных.

Лежать мне пришлось недолго. Темнело быстро, но я не включал свет, делая вид, что уснул. Натэллы, и правда, не было.

Эль появилась неожиданно. Я отвлёкся на секунду, а когда опять кинул взгляд на окно, она уже сидела там.

— Можно мне войти?

— Конечно. Я ждал тебя.

— Гектор только что уснул. Скажи, а в твоей стране есть эльфы?

— Не знаю, может, и есть. Я никогда их не видел. Но ты прехорошенькая. Что ты хотела мне сказать?

При этих словах Эль зарделась от удовольствия.

— Я знаю, ты хочешь помочь Маргарите найти ожерелье. А я хочу помочь тебе.

— Спасибо. Только я сам не знаю, что делать. Ума не приложу, где оно может быть.

— Тебе нравится Натэлла? — Эль молниеносно меняла темы.

— Ну, да, она очень красивая. Это трудно отрицать.

— Да, она красивая, — Эль задумалась. — Но злая. Она ведьма, колдунья. Она и тебя околдует. И даже может погубить.

Я засмеялся.

— Меня не так просто погубить.

— Не смейся. Все так говорят. Ты её совсем не знаешь.

— Слушай, вчера я видел, как Гектор заполз ей за пазуху. Что это было? Особый колдовской обряд?

Эль засмеялась тихим смехом, похожим на звук колокольчика.

— Она чрезмерно сластолюбива. Гектор щекочет её во всех местах, и ей это нравится. Ему, похоже, тоже. Она очень испорчена.

— Щекочет? Интересно…

— Я же сказала, во всех местах, дурачок, даже в самых интимных. Не заставляй меня краснеть.

— Ладно, оставим это. Мне-то что за дело?

— Может, ты влюбился в неё?

— Я?! Ещё чего… Я едва с ней знаком. И, к тому же, тебе известно, зачем я здесь.

— Да, знаю, — Эль вздохнула. — А вдруг ты передумаешь, и не захочешь искать ожерелье.

— Нет, я же обещал. Мне тоже нравиться Маргарита.

— Она хорошая, она очень добрая! Я очень хочу ей помочь. Я ненавижу ведьму! — Эль топнула маленькой ножкой по подоконнику.

— За что?

— У меня есть причина, — она зашмыгала носом. — Это моя сестра, Нэль. Она очень бесшабашная, совсем ничего не боится. Очень смелая, любит риск. Нэль обожает вишнёвый пирог. Раз Натэлла испекла такой, и Нэль ужасно захотела попробовать кусочек. Как я её отговаривала! Но разве она послушает! Бедная, бедная глупышка Нэль! — Шмыганье стало сильнее. — Она пробралась в дом и взяла кусочек со стола, совсем крохотный кусочек. Но Натэлла поймала её. Поймала, и заточила в клетку. Сначала она показывала её своим гостям, издевалась и смеялась, потом, когда ей надоело, она оторвала у Наэль крылья и отпустила. Ох, я не могу говорить об этом! — Эль разрыдалась. Я с трудом успокоил её, и она продолжила. — Она не просто оторвала ей крылья, она их ам-пу-ти-ро-ва-ла! Чем-то прижгла раны. Она хотела, чтобы Нэль жила без крыльев! Ужас! Даже представить страшно, что пережила моя сестра! — Эль всхлипывала. — Моя сестра была просто убита! Её жизнь кончена. Теперь никто не женится на ней. Она обречена на вечное одиночество. Она хотела убить себя, но я умоляла её не делать этого. Я говорила, что тоже умру с ней, и она меня послушала. Я обещала не выходить замуж, пока не отомщу за неё. И я держу клятву, хотя мне трудно. Мой жених не может ждать вечно. А я так люблю, так люблю его! — Эль снова расчувствовалась, но сдержала слёзы и очень серьёзно посмотрела на меня. — И я тоже не хочу долго ждать. Но сестра мне дороже. Я не нарушу клятву! — Голос Эль стал очень торжественным, и я понял, что она так и сделает. Теперь ты понимаешь?

— О, да! Я прекрасно понимаю тебя, дорогая! Только больше не плачь, умоляю! — поспешил добавить я. — А то я расплачусь вместе с тобой. Я сделаю всё, чтобы помочь тебе и Маргарите. Мне ужасно жаль, что так получилось. И потом, это ведь твоя сестра пробралась к ней в дом, отчасти она сама виновата. Но теперь ведь уже ничего не поделаешь, верно? Ложись сюда, — я сделал вмятину на подушке. Эль, вздохнув, легла, подложив ручку под голову. — А что ты думаешь об этом? Честно говоря, я даже не представляю, где нам его искать. Кстати, я видел в саду маленьких зелёных человечков. Очень забавных. Кто они?