— А женщину всегда нужно жалеть, — ответил Антон и положил свою ладонь на ее руку. — Даже такую сильную, как ты. Если женщину не жалеть, она перестанет чувствовать себя женщиной. А вообще-то всякому человеку нужна передышка, отдушина, нужно хоть иногда выговариваться кому-то, в жилетку плакаться. Иначе жить тяжело.

— Все-то ты знаешь, прекрасный незнакомец, — улыбнулась Вероника чуть пьяной улыбкой. — И откуда ты такой понимающий и знающий взялся?

— Прилетел с другой планеты, — спокойно ответил Антон. — Просто у нас там, — кивнул он головой вверх, — такие же проблемы, как и у вас. Один в один!

— Хороший ты парень, — рассмеялась Вероника и сжала пальчиками пальцы Антона. — Жаль, больно умный. А так… цены бы тебе не было. Ты в самом деле не женат или это байка для командировок?

— В самом деле. Поэтому я и паспорт свой не прячу.

Теперь Антон знал, где Вероника живет. Она не пригласила его на чашечку чая, а он не особенно и рвался в квартиру. Наверное, женщина испытывала то же чувство, что и он. И оно никак не было связано с их первым свиданием. Точнее, было связано, но с тем фактом, что они выпили на двоих четыре литра пива. У Антона мочевой пузырь буквально лопался. И когда они наскоро простились у подъезда, когда она разрешила ему звонить ей, он рысью бросился в чей-то палисадник под темные окна. Стыдобица, но деваться некуда.

В голове от выпитого немного шумело. Антон шел и размышлял о том, какой вариант ночлега избрать ему сегодня. Страшно утомительно вот так каждую ночь изобретать новый способ дожить до утра, но что делать, выбора не было.

Первое, на что наткнулся взгляд Антона, — автомобильный номер х004хх! Конечно, тот же черный внедорожник. Сворачивать на пустой улице, бежать куда-то? Смысл? Машина может ждать вообще не его. А во-вторых, опять все то же объяснение — если бы хотели убить, то убили бы давно. От снайпера спасения нет, хоть будь ты семи пядей во лбу.

Антон, не меняя темпа ходьбы, шел к машине, припаркованной с правой стороны. Сегодня Луза правила не нарушил. И вообще через затемненные стекла не видно, кто там внутри и есть ли кто. Антон поравнялся с «Хондой», и тут дверца резко распахнулась. Он ждал этого, поэтому никаких прыжков в сторону не последовало. Антон повернулся и уставился на смуглого парня одних примерно с ним лет, который смотрел немного насмешливо.

— Слышь, братан, — прозвучало типичное обращение, — садись, побазарить с тобой надо.

— Слышь, — скопировал Антон интонацию, — а базарь здесь. Я и так спать хочу, а тут еще ехать куда-то.

— А че ж ты у бабы не остался? — громко засмеялся Луза, выглядывая из-за плеча своего приятеля.

— Етит твою в качель! — дурашливо воскликнул Антон и расплылся в улыбке. Он подошел к машине и облокотился на дверку: — Кого я вижу! Как рука? Не болит?

— Не болит, прошло, — неумело осклабился Луза.

— А как твой лысый приятель? Все рыбку ловит?

— А че ему сделается!

Смуглый удивленно смотрел на Лузу и человека, которого велено было допросить и припугнуть. Вел себя этот парень странно, не так, как обычно ведут те, кому уголовная группировка наступает на хвост.

Наконец вся эта интермедия смуглому надоела, и он коротко бросил:

— Давай прыгай в машину.

— Можно я залезу медленно? — спросил Антон, неторопливо ставя ногу. — Устал сегодня как собака, столько побегать пришлось. Вы меня потом домой не подбросите? В гостиницу?

Луза завел мотор, а старший, сидевший на переднем сиденье, расслабился, поняв, что «клиент» полностью в его руках и никуда теперь не денется. Тем более что рядом с ним сзади сидит Костыль.

— А ты ж там не живешь, — вдруг со смешком заметил Луза, но тут же получил тычок в бок от старшего.

— Че это не живу? — обиделся Антон. — Очень даже живу. А то, что не всегда ночую, так дело мое молодое, бывает, что и занесет не туда.

Выехать за пределы города в Белуше было делом несложным. Пять-десять минут в любую сторону, и ты за городской чертой. Либо в прожженной солнцем степи, либо в балках, поросших пойменными и байрачными лесочками, либо на берегу Исыньмы. В данном случае машина остановилась на краю невысокого яра, с которого открывался чудесный вид на ночную дельту, освещенную полной луной. Антон без приглашения открыл дверь и спрыгнул на траву, сладко потягиваясь и с удовольствием вдыхая свежий влажный воздух.

— Вот теперь и побазарим, — выбрался из машины старший.

Луза тоже вылез и, старательно отворачиваясь от Антона, занял позицию спереди от машины. Второй тип с плечами спортсмена занял позицию сзади. Антон про себя усмехнулся. А в реку, значит, они дорогу не перекрыли. Пять метров песчаной осыпи для них препятствие? И машину зря оставили. Три удара, прыжок на сиденье, и домой они пойдут пешком.

— Так в чем дело, ребятки? — уже не дурачась, серьезным голосом спросил он. — Что за вопросы у вас, которые нельзя задавать в городе?