— Не сравнивай наши жизни. У тебя бутылка, у меня одержимость. Мне не хватало бабушки, с которой можно было бы поделиться тем, о чем не говорят с родителями, которая дает советы, а не читает нотации. Мне необходимо доказать ее невиновность, чтобы придать смысл моему существованию, а не чтобы себя уничтожить. Я родилась под чужим именем. Когда наступит срок, я хотела бы быть похороненной как Уокер. А до этого мне бы хотелось гордиться этой фамилией.

— Это фамилия ее мужа.

— Она взяла ее, расставшись с девичьей фамилией — Маккарти. В моих жилах течет ирландская кровь.

— Все, пора, — объявил Эндрю, глядя на часы. — Колман вряд ли пропустит назначенное время, до его звонка нам надо успеть заморить червячка.

Эндрю заказал клаб-сэндвич, Сьюзи довольствовалась содовой. Она напряженно переводила взгляд со стенных часов на телефонный аппарат на стойке.

— Он позвонит, — сказал Эндрю, вытирая рот.

Наконец раздался звонок. Бармен протянул трубку Эндрю.

— Как насчет еще тысячи долларов? — раздался в ней возбужденный голос Колмана.

— Мы так не договаривались, — сказал Эндрю.

— Моя находка стоит гораздо дороже обещанных двухсот!

— Чтобы я мог об этом судить, стоит, наверное, объяснить, о чем речь.

— Отсутствующие ноты не образуют никакой логической цепочки, они не значат ровным счетом ничего.

— За что же тогда доплачивать?

— Дайте договорить. Мне пришло в голову сопоставить их с либретто. Я сравнил выброшенные такты с сопровождающим их текстом — и ваша игра в семь ошибок обрела смысл. Сейчас я группирую слова, составляю фразу за фразой — это потрясающе! Теперь мне понятно, зачем вам понадобилось расшифровать этот ребус. Если то, что я вижу, правда, то у вас в руках колоссальная сенсация.

Эндрю старался не показывать охватившее его нетерпение.

— Идет, ты получишь деньги. Когда ты закончишь?

— Для моего компьютера подставить фразы к тактам — детская забава. Текст будет готов не позже чем через час.

— Мы будем у тебя через двадцать минут. Пришли мне то, что уже сделал, по электронной почте, я почитаю по дороге.

— Обещаете заплатить?

— Тебе придется поверить мне на слово. Джек Колман повесил трубку.

Эндрю спросил у сторожа кампуса, как найти корпус С. Сьюзи первой метнулась в коридор общежития.

Эндрю постучал в дверь. Видимо, Колман работал в наушниках. Сьюзи тоже постучала и, не получив ответа, вошла.

Джек спал, уронив голову на клавиатуру. Удивленная Сьюзи, вопросительно взглянув на Эндрю, приблизилась к спящему и положила руку ему на плечо. Рука молодого человека тяжело упала со стола. Сьюзи заглянула в его мертвенно-бледное лицо и вскрикнула.

Эндрю зажал ей рот ладонью. Оттолкнув его, она стала трясти Колмана за плечи. Голова Джека стучала по клавиатуре, но глаза оставались полузакрытыми, без признака жизни.

— Вызывай «скорую»! — крикнула Сьюзи.

Эндрю прижал палец к сонной артерии Колмана.

— Как жаль… — выдавил он.

Сьюзи упала рядом с Джеком Колманом на колени и схватила его безжизненную руку. Она умоляла парня очнуться, Эндрю пытался оторвать ее от него.

— Ты всюду оставишь отпечатки пальцев. Скорее, нам надо бежать!

— Плевать я хотела на отпечатки!

— Как ни трагично, мы бессильны что-либо сделать.

Эндрю заметил под щекой Колмана белую картонку и узнал в ней свою визитную карточку. Внезапно посетившая его мысль на мгновение позволила забыть об ужасе создавшейся ситуации.

— Действительно, плевать на отпечатки!

Он аккуратно отодвинул голову Колмана и завис над клавиатурой. Сьюзи непонимающе вытаращила глаза.

Он открыл браузер, вошел в электронную почту «Нью-Йорк таймс», ввел логин и пароль и заглянул в свой почтовый ящик.

Там находились письма, накопившиеся за несколько дней. Последнее из них, возглавлявшее список, было от Джека Колмана.

Бедняга отправил его, видимо, сразу после их телефонного разговора. Пока Эндрю читал послание, другие письма, ожидавшие своей очереди, исчезали одно за другим.

— Кто-то крадет мою почту! — крикнул он.

Список писем укорачивался на глазах. Эндрю спешно нажал на две клавиши. Принтер Колмана заурчал, в корзину скользнул отпечатанный лист.

Эндрю спрятал его в карман, включил свой телефон и набрал 911.

В комнате общежития теснились полицейские. Приехавшие санитары удалились, констатировав смерть. Ни ран, ни следов борьбы или укола, ни иглы — ничего, что позволило бы заподозрить насилие или передозировку.