В этот момент за его спиной взвыл ветер. В удивлении вожак начал отворачиваться. Видимо, он решил, что Арада перестала представлять опасность, в этом была его ошибка. Стрелы, мгновенно нашедшие другую цель были разметаны ветром словно щепки. Глаза парня широко распахнулись, когда ударом гигантской невидимой "булавы" он был выброшен из седла. Кувырком пролетев с десяток метров, он распластался на земле и больше не шевелился.

– Лорд... Тант?!
– в неверии прошептал один из нападавших.

– Я не прощу вам, если вы убили лорда Танта!- выкрикнул второй, вытаскивая из ножен странной формы клинок. С одной стороны он был абсолютно прямым, второе же лезвие постепенно закруглялось к концу. Кроме того, у него не было крестовины. Сейчас Мистрал многое бы отдал за простой нож вроде как у Рейтана.

Неожиданно резкий смех разорвал гнетущую тишину, все лица в неверии повернулись туда, где лежал тот, кого назвали Тантом. Парень смеялся, запрокинув голову, лежа на спине.

– Не надо, Кирс,- наконец, выдавил он сквозь смех.

Смех вырывался из его груди неровно, так не мог смеяться нормальный человек, должно быть, парень малость помешан. Он поднялся, оглядев себя с головы до ног.

– Даа, моя одежда окончательно испорчена. Ненавижу грязь,- добавил он. И обратился к Арде, опустив голову.
– Ты убила почти всех моих кошек, ну да ладно, наловим еще. Но я связался с Де-меи, и забыл про их проклятую силу. Ты ведь ничего не боишься, никогда не сдаешься, гордишься своей силой и властью,- парень перечислял, загибая пальцы.
– Но мне на это плевать, слышишь? Плевать! Будь проклята сила Собора, что уничтожила мой народ!!

– Арда берегись!- Мистрал видел, что Арда растерялась от этих слов. Мистрал понятия не имел, какой удар нанесет Тант, но было видно, что тот не намерен оставлять в живых ни одного из них. Но сейчас не время для колебаний. Зеркало и вода... Мистрал успел подумать только о самом большом копье. В ответ на его мольбы с небес обрушился ледяной дождь. Дождь, настолько мощный, что капли стали похожи на жалящие иглы. За ним исчезли противники, исчезла земля и небо. Вслепую, вытянув руку, Мистрал старался найти Эльвейс.

Его запястье схватила чья-то ладонь. Это оказалась Арда.

– Не знаю, что ты сделал, но я хочу разобраться с этим, пока он не закончился. Не думаю, что этот ливень будет идти вечно. Эльвейс там,- она указала на темное пятно недалеко от них.

Подбежав к девушке, он приподнял ее. Она слабо пошевелилась, простонав:

– Все уже закончилось?
– ее голос был почти заглушен шумом низвергающейся воды на гране замерзания.

– Да, закончилось,- мягко произнес он, помогая девушке взобраться на ее коня, а сам прыгнул следом.

– Лови!
– Арда перебросила ему конец веревки, еще недавно бывший частью дорожного мешка, содержимое которого она безжалостно вытряхнула.- Чтобы не потерять вас,- пояснила она.
– Кто знает, где проходит граница действия вызванной силы? И не касайся ее, - предупредила Арда, кивая на Эльвейс, прислонившуюся к нему.- Чуть позже мы становимся и я займусь ей.

– Она может не выдержать дорогу, что если травмы серьезные?
– Мистрал положил руку на поводья коня Арды.

– Ее всего лишь оглушило. Это не страшно. Упрямая девчонка, я же просила ее не вмешиваться.

– Она спасала вашу и мою жизнь,- гневно возразил Мистрал.

– Нас всех спас ты, в конце концов.

Мистрал опустил голову.

Пока я не буду ни о чем спрашивать тебя. Если захочешь, сам расскажешь все после,- добавила Арда, пуская коня прочь от бушующей стихии. Пока никто еще не бросился за ними в погоню. Мистрал лишь надеялся, что не все они погибли.

Часть 4

Горящие свечи в шандалах по обе стороны трона окутывали помещение тусклым голубым светом и тенями. Как ни старался, свет не мог достичь самых дальних уголков когда-то должно быть великолепного зала приемов. Не мог он осветить и старинные росписи на высоком сводчатом потолке. Густые тени выхватывали испещренные резьбой стены, изображающие сцены охоты и деяний некогда славного рода Модильяни. Последний его потомок сидел в высоком, больше похожем на трон кресле,- остатке былой роскоши. Позолота облупилась на обитых синим бархатом подлокотниках. Но вензель над троном, находящемся на некотором возвышении, согласно древней традиции, все еще висел. А этого герцогу было достаточно.

О роде Модильяни еще заговорят, и в голосе тех, кто изгнал его, будет слышен страх. Тот, кто стоял за ним, обещал ему. И за это обещание герцог заплатил дорогую цену. На нем был длинный, траченный молью камзол когда-то темно-синего, а теперь весьма неопределенного цвета. Герцогу минуло восемьдесят, но одним из тех даров, что он получил от своего хозяина - это лицо сорокалетнего мужчины. Однако, в эти мгновения усталость всех прожитых лет внезапно с новой силой напомнила о себе. Пустым взглядом он рассматривал человека, стоящего перед ним. Однако, шаркнул сапог с высоким, загнутым вверх носком, и этот звук всколыхнул в его давно ставшей затемненной душе гнев, что придал ему необходимые силы. Носогубные складки глубоко прорезали лицо, лоб испещрили морщины, крючковатые пальцы с длинными, давно нестрижеными ногтями глубоко впились в подлокотники. Если бы он посмел, то впился ими в горло этого наглого мальчишки.