— Это меч моего отца, я не стану продавать его! — не унимался Орлаф.

— Да? — поморщился Яролк.

— Да, — кивнул Орлаф, стараясь вырвать меч из его рук.

— Тогда мы его выкупим. Потом. Понял?! — последнее слово он сказал, обернувшись к торговцу. — Не смей продавать!

— Тогда получите только половину суммы, — сказал тот, сложив руки на животе.

— Ты говори да не заговаривайся, — рыкнул Яролк, вырвав меч из рук Орлафа и приставив его к горлу Гирдольфа, — мы тебе меч дадим, а ты нам лук и тридцать монет.

— Э, Яролк, ты это…

— Тридцать монет и лук! А если лук поломается или ещё чего, ты его заменишь!

— Хорошо-хорошо! Только хватит в меня тыкать этим! — пробормотал торговец, осторожно отводя лезвие от горла.

Спустя минуту, Орлаф держал в руках потёртый лук, а Яролк пухлый мешочек монет.

— Держись поближе ко мне, — подмигнул он Орлафу, подбрасывая мешочек в руке, — со мной не пропадёшь. Пошли проведаем эти кабаки.

Кабаки Орлаф любил. Очень. Но гадкий, вредный, поганый внутренний голос невзначай шепнул ему, что именно кабаки довели его до того состояния, в котором он казался сейчас. Стоило ли уходить из дворца ради того, чтобы вернуться в то же дерьмо в котором он бултыхался последние годы? Разумный ли это выбор?

Яролк же подобными терзаниями не мучился. Хлопнув Орлафа по плечу, он сказал:

— Не хочешь пить, иди к восточной стене. Через часик поучу тебя с лука стрелять.

— Но я…

— Иди-иди, — бросил Яролк, скрываясь в одном из трактиров.

Около часа Орлаф потратил на поиски стрельбища, а когда наконец-то нашёл его, он понял две весьма обидные для собственного самомнения вещи. Первая — он забыл взять у торговца стрелы, а вторая заключалась в том, что он забыл не только стрелы, но и тетиву. Как можно было быть таким идиотом? Не раз и не два задавал себе этот вопрос Орлаф, обречённо глядя на лук, стремительно превращавшийся в бесполезную палку. А три соломенных тюфяка, служивших здесь мишенями, служили ещё большей насмешкой над его, Орлафа, глупостью.

Он уже готов был в отчаянии бросить все эти попытки стать солдатом и вернуться во дворец, умоляя и упрашивая Арнгора простить его и принять обратно, но в этот миг он заметил, что на стрельбище, помимо него, была какая-то женщина. Она тоже держала в руках лук, но делала это куда более уверенно, да и тетива со стрелами у неё тоже имелись…

— Чего глядишь? — улыбнулась она, поймав на себе взгляд Орлафа. Поглядеть, честно говоря, было на что. Незнакомка была девушкой фигуристой, невысокой, с большими карими глазами и милым личиком.

— Я… это… — начал было оправдываться тот, но женщина, в несколько шагов подошла к нему, скептически осмотрела лук и покачала головой.

— Тетива-то где?

— Нету, — вздохнул Орлаф, опуская взгляд.

— Ну ты даёшь, — улыбнулась она, — как тебя звать то, чудик? Я Арлита.

— Орлаф, — сдавленно представился тот.

— Ну что ж, — пробормотала Арлита, откидывая свою длинную, чёрную косу за спину, — у меня запасная есть, держи.

С этими словами, она протянула Орлафу тетиву и тот, неуверенно взяв её, молил всех известных богов о том, чтобы Арлита после этого ушла. Но она не ушла.

— Одевай, давай, — сказала она, испытующе глядя на Орлафа.

— Я…

— Ну, ты даёшь… — в очередной раз присвистнула она. — Ты хоть раз лук в руках держал, а? Возьми его вот так, — она положила руки Орлафа на оба конца лука. — Надевай тетиву сначала на одну сторону, так, а теперь сожми его и одевая на вторую. Сильнее! Это тебе не сиськи мять! Давай-давай!

Пыхтя и краснея от натуги, Орлаф все-таки смог натянуть тетиву. С чувством выполненного долга, он взглянул на лук в своих руках и почувствовал, как начинает расти в собственных глазах. Правда рост этот прекратился ровно в тот момент, когда Арлита протянула ему стрелу.

— Давай стреляй, — улыбнулась она.

Первая попытка окончилась… неудачно. Стрела выпала из рук Орлафа в тот момент, когда он попытался наложить её на тетиву. Вторая попытка была не лучше первой. Хоть Арлита и показала ему, как правильно готовиться к выстрелу, но на этот раз подвела слетевшая тетива. Вернув её на место, Орлаф, стараясь не слушать еле сдерживаемый смех Арлиты, всё-таки сделал почти всё правильно. Он наложил стрелу, натянул тетиву, прицелился…

Стрела, каким-то неведомым образом, тупым концом ударила его прямо в лоб, а потом и тетива здорово шандарахнула по большому пальцу. Глядя на это, Арлита уже не могла сдержаться. Она хохотала минут десять к ряду, то и дело делая небольшие перерывы для того, чтобы отдышаться и утереть слёзы.

Успокоить её смог только подошедший к ним воин. Высокий, светловолосый мужчина в тяжёлой кольчуге и огромным топором, чьё древко выглядывало из-за спины.

— Ну, что тут происходит? — спросил он, окинув хохочущую женщину, и смущённо мнущегося Орлафа суровым взглядом.