– Мне было поручено оберегать императора, – ответил Катон. – А твои действия были крайне подозрительны, и это ещё мягко сказано. И ещё, как уже указывал императорский советник, для тебя это было весьма выгодным и подходящим, что тех, кто более всех выигрывал от гибели императора, не оказалось на месте катастрофы.

– Я не несу ответственности за перемещения членов императорской семьи, – резко ответил Тигеллин. – Но я несу ответственность за безопасность императора, поэтому и бросился ему на помощь, как только понял, что его жизни угрожает опасность.

– Хватит врать! – вмешался Нарцисс. – Оставим эти дела следователям. Они очень быстро выяснят всю правду, до самого донышка. Государь, могу я отдать соответствующий приказ?

Прежде чем Клавдий успел обдумать это предложение, Агриппина поспешно бросилась к нему и упала перед ним на колени.

– Мой дражайший Клавдий, мы не можем так просто заставить страдать этого доброго человека просто потому, что один из твоих слуг подозревает его в участии в этом ужасном заговоре Освободителей! – Её голос звучал нежно и убедительно. При этом она жалостливо глянула в сторону Тигеллина. – Это будет плохая награда за то, что он спас жизнь мне и моему сыну. Кроме того, за него же Паллас поручился!

Клавдий улыбнулся ей:

– Да, но не Нарцисс, тот за него не поручился. А я давно убедился в том, что его суждениям нужно верить.

Агриппина взяла его руку и прижала её к ткани, прикрывавшей её грудь. Улыбка Клавдия превратилась в плотоядную гримасу. А она продолжала, ещё более низким, томным и мягким голосом, почти мурлыкала:

– Нарцисс трудится на тебя не покладая рук, без отдыха. Я знаю. Но усталые люди склонны совершать ошибки. Любимый, это же так естественно! Бедняга явно перегружен обязанностями, он перетрудился и устал, к тому же он так привык повсюду видеть заговоры, что иной раз не может разглядеть истины. Ты сам слышал его обвинения, а также и объяснения Тигеллина. Я ему верю!

Клавдий обернулся к ней и погладил её по щеке свободной рукой – другая по-прежнему лежала у неё на груди.

– Моя д-д-дорогая, ты слишком д-д-добра. И слишком невинна, чтобы разбираться в действиях мужчин.

Катон заметил, что Нарцисса охватила паника, это было ясно видно по его лицу. Императорский секретарь сделал шаг к императору:

– Государь, я предлагаю передать это дело следователям. Если Тигеллин ни в чём не виноват, мы скоро это будем знать точно. Лучше уж он немного помучается, чем выпустить из рук изменника.

– Пожалуйста, Клавдий, сегодня уже пролито достаточно крови! – воскликнула Агриппина, потом чуть повернула голову и поцеловала императора в ладонь. Катон успел заметить, как её язычок мелькнул между зубами и лизнул ладонь Клавдия, и тот передёрнулся от удовольствия.

– Ты права, любовь моя. – Он улыбнулся, потом поднял взгляд и осмотрел всех, собравшихся в зале. – Заговор против меня раздавлен. Главари мертвы. Т-т-теперь самое главное – накормить народ Рима. Паллас, займись этим.

– С удовольствием, государь. – Паллас низко поклонился.

Клавдий повернулся к Нарциссу:

– Ты отлично поработал, мой друг. Ты ещё раз разгромил моих врагов, и я тебе м-м-многим обязан. Но императрица права. Не следует поддаваться слепой панике. Центурион выполнял инструкции Палласа. Я и в самом деле очень счастлив, что у меня двое таких преданных слуг… – Он помолчал, потом посмотрел на Катона и Макрона. – И вам я тоже благодарен… – Тут он свёл брови.

– Катон меня зовут, государь, – подсказал Катон. – Префект Катон и центурион Макрон.

– Да-да, Катон и Макрон. Отличная работа. Вы будете награждены. Именно благодаря вам Рим снова можно будет н-н-накормить. – Он встал с трона и подошёл к ним с благодарной улыбкой на губах. – Да-да, отличная работа. А теперь лучше отправляйтесь-ка мыться и переоденьтесь в чистые туники.

– Есть, государь, – в унисон ответили Катон и Макрон и чётко поклонились.

Клавдий выдавил из себя ещё одну улыбку, прежде чем подальше отойти от них и от исходящей от их грязных туник вони. Он снова взял руку Агриппины и благосклонно ей улыбнулся.

– Идём, любовь моя. Ночка выдалась очень насыщенная событиями. Нам об-б-боим не п-п-помешает немного отдохнуть, а?

Императрица понимающе приподняла одну бровь. И Клавдий повёл её к двери в дальней части зала для частных аудиенций. Потом приостановился и снова посмотрел на пленных мятежников, которые стояли молча, надеясь, что про них забыли. – Да, а этих людей велите казнить. А их головы пусть наденут на колья и выставят рядом с головами их главарей. Паллас, озаботься этим.

– Слушаюсь, государь.