Он понимал, что такой ответ мексиканца разозлит. Но делал это умышленно, вызывая огонь на себя, в надежде, что Эмиль, не привлекая внимания, скроется в толпе грузовиков.

— Я приказал тебе — стоять!

Бача бросился наперерез Сергею и грубо схватил за плечо.

— Расставь руки и ноги в стороны!

Обыскивал мексиканец грузовиков редко. Слишком суровым было наказание за воровство, чтобы идти на подобный риск. Но то ли Сергей переиграл, то ли у Бачи был нюх на вещи, но неожиданно он решил проверить его карманы.

— Ну… — Субботин нагло посмотрел Баче в глаза, сложив руки на груди и расставив широко ноги. — Можешь пощупать у меня в штанах. Я подскажу тебе свои эрогенные зоны.

Он был уверен, что побагровевший мексиканец сейчас его ударит. Наглость выглядела невероятной, да ещё у всех на виду. Но Сергею на это было наплевать. Через плечо Бачи он следил за Эмилем, моля его об одном, чтобы побыстрей сообразил и исчез с глаз долой.

Однако освободившийся от груза кубинец, увидев обыск, стоял будто истукан и не двигался с места. Его смуглое лицо перекосилось от страха, трясущиеся губы выдавали приближающуюся панику. Затем руки сами полезли в карман, и Эмиль заторможено, будто в замедленном кино, достал вещь и сунул себе в рот. Такой корявый манёвр не мог остаться незамеченным.

— Эй! — выкрикнул Гаспар, и уже занесший кулак мексиканец обернулся на его крик. — У него во рту!

Эмиль побледнел и, дёргая кадыком, попытался вещь проглотить. Ему это удалось — и подскочивший Бача, всунув кубинцу пальцы в рот, обнаружил там лишь розовый язык.

— Да я же тебя выпотрошу, как мешок с дерьмом!

Мексиканец долго тряс его, будто куклу, сцепив пальцы на шее. Затем удар предназначавшийся Субботину достался Эмилю. Рухнув на палубу, кубинец тут же вскочил и бросился в воду. Плавал он хорошо, и пока опешивший мексиканец соображал, что делать дальше, Эмиль был уже в полусотне метров от острова.

— Никому не расходиться! — приказал Бача и бросился на второй ярус докладывать хозяину.

Известие о побеге грузовика с вещью выглядело из ряда вон выходящим, и через минуту причал Гаспара заполнился сторожами во главе с Людвигом. Дон Рауль прибежал лишь на мгновение позже и, увидев удаляющуюся голову кубинца, нервно взглянул на Бачу:

— Почему ты не организовал погоню? Почему до сих пор не спустили галеру? Почему, дьявол тебя побери, ты бежишь за мной, вместо того чтобы догонять его?!

— Господин! — вяло оправдывался мексиканец. — С мгновения на мгновение наступит мрак. В темноте мы его не найдём. Он плывёт на косу, оставшуюся от острова рыбаков. Больше деваться ему некуда. А с рассвета я снаряжу погоню, мы его поймаем и доставим к вам. Вещь он потерять не может — он её проглотил. Нужно всего лишь дождаться рассвета.

Немного успокоившись, дон Рауль обхватил рукой подбородок и задумчиво произнёс:

— Ты не подумал о том, что ночью с косы его может стащить Критура, и тогда пропала моя вещь. Тебе, Бача, не хватает мозгов! Ему там негде укрыться. Это всего лишь узкая, выступающая над водой полоска песка. А вероятность того, что медуза его заметит, велика. Что скажешь? Говори, Бача, или я прикажу тебе самому плыть за ним вслед.

— Хозяин! — мексиканец обрадовался внезапно пришедшей в голову мысли. — Медуза нападёт, если он будет живой! Но дохлых она не трогает. Если его достать пулемётом, то ваша вещь сохранится, как в сейфе Калифорнийского банка.

— Верно. На мёртвых она не нападает. — Дон Рауль довольно кивнул и щёлкнул пальцами Людвигу: — Неси!

Эмиль уже доплыл до отмели, когда Людвиг принёс пулемёт. Ухмыляясь и бравируя перебрасываемым с плеча на плечо сорокакилограммовым «Браунингом», главный сторож сбежал с трапа. Не опуская тяжёлый пулемёт на палубу, застыл в ожидании несущего станок и ленту сторожа. Заученным движением установил «Браунинг» на трёхлапый станок и заправил ленту в затворную раму. Лёг, широко расставив ноги. Сдув с прицельной планки капли масла, Людвиг прищурился, определяя расстояние до кубинца.

— Шестьсот шагов! — услужливо подсказал Гаспар.

Эмиль брёл по пояс в воде, но подступающая к берегу слизь обожгла ноги и он бросился бежать широкими прыжками к едва видимой полоске песка. С острова казалось, будто в туманной дымке кубинец скачет по воде. Выбежав на сушу, он наклонился и принялся стирать остатки слизи, не обращая внимания на происходящее на острове.

— Падай, дурья башка! — шептал Сергей, надеясь на чудо и на то, что Эмиль услышит его мысли. — До темноты всего-то ничего! А там и туман на подходе, уже ползёт вдоль косы.

Тяжёлыми, мощными хлопками ударили по ушам выстрелы пулемёта. Разбрасывая вокруг увесистые гильзы, он зашёлся длинной, лязгающей затвором очередью. Вцепившийся в рукоятки Людвиг отпустил курок, лишь когда его окутало облако порохового дыма и он уже ничего не мог видеть.

Зато Субботин хорошо видел результат стрельбы. Страшная сила подбросила кубинца в воздух и, опрокинувшись, он распластался на песке, скрывшись с глаз.

— Есть! — выкрикнул Бача. — С первой очереди!

— Неплохо, — кивнул дон Рауль. — Ты не растратил былую сноровку.