Шрифт:
Леня одобрил вкус адвоката. Удивило его только то, что посреди прихожей валялось несколько разрозненных ботинок и шелковое кашне. Леня знал, что Левако патологически аккуратен и не терпит малейшего беспорядка. Кроме того, к адвокату дважды в неделю приходит наводить чистоту аккуратная пожилая женщина, для которой он делал исключение из своих правил.
Поэтому даже небольшой беспорядок, который в любой другой квартире показался бы вполне оправданным, здесь выглядел совершенно неуместно.
– Странно… – протянул Леня.
Он наклонился и поднял с пола шелковое кашне.
На золотистой ткани шарфа темнело какое-то подозрительное пятно. Маркиз поднес шарф к свету и помрачнел: пятно было очень похоже на кровь…
– Да откуда тут кровь… – пробормотал он неуверенно. – Наверное, какой-нибудь соус, либо томатный, либо с красным перцем… Левако обожает всякие острые соусы…
Впрочем, его самого эти слова не убедили.
Положив кашне на низкое канапе, обитое серым велюром, Леня двинулся дальше по квартире адвоката.
Слева по ходу была дверь кабинета. Толкнув ее, Маркиз заглянул внутрь.
В отличие от прихожей, кабинет Левако был оформлен в классическом, немного тяжеловесном стиле: массивная мебель темного ореха, ряды книг с тиснеными переплетами, по стенам – старинные портреты в тяжелых золотых рамах, пол покрывал бежевый ковер с густым ворсом.
И здесь, как в прихожей, царил несвойственный адвокату беспорядок: ящики письменного стола выдвинуты, картины на стенах перекошены, на полу – разбросанные бумаги… больше всего это напоминало картину поспешного, неаккуратного обыска.
– Не нравится мне все это! – проговорил Леня, выходя из кабинета и двигаясь дальше.
Следующая дверь вела в спальню.
И здесь беспорядок был просто вопиющим: золотистое шелковое покрывало сдернуто с кровати на пол, из-под него сиротливо выглядывает единственный черный носок, платяной шкаф распахнут, его содержимое разбросано по ковру, с прикроватной тумбочки сброшена бронзовая антикварная лампа…
Окинув спальню взглядом и еще больше помрачнев, Леня перешел дальше, в ванную комнату.
Ванная была едва ли не самым большим помещением в квартире. В центре ее, на закругленном подиуме, красовалась огромная ванна на бронзовых львиных лапах, над которой нависали массивные позолоченные краны. Стены и пол помещения покрывала крупная черная с золотом плитка, из-за которой комната была похожа не на обычный санузел, а на древнее языческое святилище. Можно было подумать, что адвокат не моется здесь по утрам, а совершает кровавые жертвоприношения.
В дальнем углу стояла просторная душевая кабина, сложная и красивая, как космический корабль из фантастического фильма. Здесь были и форсунки для разных видов гидромассажа, и устройство для подачи сухого пара, и сложная система подсветки, и даже музыкальный центр, чтобы, принимая душ, адвокат мог прослушивать любимые мелодии Баха или Вивальди.
И в ванной тоже царил беспорядок: дверца душевой кабины распахнута, кремы и шампуни сброшены с полок, на полу валяется скомканное махровое полотенце…
Движимый смутным подозрением, Леня двумя пальцами приподнял это полотенце за край. И невольно вздрогнул: белая махровая ткань была испачкана кровью.
На этот раз сомнений не осталось, и ни на какой соус эти пятна нельзя было списать – это оказались самые настоящие кровавые пятна.
– Вот оно как! – Леня положил полотенце на прежнее место, протер носовым платком ручку двери и все остальные поверхности, к которым прикасался, и вышел в коридор.
На душе у него было скверно.
Мало того что он с симпатией относился к старому адвокату и его искренне огорчило бы случившееся с ним несчастье.
Но кроме этого простого человеческого чувства, Маркиз не мог отделаться от убеждения, что разгром в квартире Левако и исчезновение адвоката напрямую связаны с его последним делом, с маркой «Розовый Реюньон». Недаром ему показался подозрительным этот заказчик, помешанный на конспирации!
К тому же Леня был не из тех людей, кто при всякой неприятности скисает и опускает руки. Нужно было действовать, и действовать незамедлительно.
Он закончил осмотр квартиры, не обнаружив больше ничего, заслуживающего внимания, кроме новых следов спешного и неаккуратного обыска.
Затем, тщательно стерев повсюду свои отпечатки пальцев, Леня выскользнул из квартиры исчезнувшего адвоката и бесшумно спустился по лестнице. Лифтом пользоваться он не стал, чтобы не поднимать ненужного шума.
Оказавшись на первом этаже, Леня проскользнул мимо комнатки консьержки.
Невысокая приземистая тетка в китайском тренировочном костюме экологического зеленого цвета наслаждалась жизнью: перед ней на столе стоял маленький телевизор, по которому показывали футбольный матч, в руке консьержки была кружка с горячим чаем, рядом – блюдце с сушками. Маркиза она, конечно, не заметила: в матче как раз назревал критический момент.