Лола что-то кричала, но в окружающем крике даже она сама не слышала собственного голоса.

Человеческая волна оторвала их с Маркизом друг от друга и несколько минут швыряла во все стороны, как обломки кораблекрушения.

Наконец, когда Лола уже потеряла всякую надежду на спасение, волна схлынула и уползла обратно в школьные двери.

Оглядевшись, Лола увидела Маркиза. Ее бравый компаньон выглядел совершенно потрясенным. Куртка его лишилась половины пуговиц, волосы были растрепаны, как будто Леня побывал в барабане бетономешалки, а на правом ухе висела банановая кожура.

Впрочем, Лола прекрасно понимала, что сама она выглядит немногим лучше.

Возле стены здания стоял охранник. Он почти не пострадал, только под левым глазом появилась заметная ссадина.

– Что это было? – осведомилась Лола слабым голосом.

– Ничего особенного, – отозвался охранник, – перемена. Если вы хотите переговорить с директрисой, постарайтесь уложиться в сорок пять минут, до следующей перемены.

Лола с Маркизом сбегали к своей машине, где кое-как привели себя в порядок, и наконец вошли в школу.

Кабинет директора располагался на втором этаже.

Анна Романовна сидела за большим полированным столом, и лицо у нее было как у защитника осажденной крепости, который знает, что запасы продуктов и патронов подходят к концу.

– Вы – директор? – спросил Леня, переступив порог кабинета.

– Вроде пока еще да, – призналась Анна Романовна. – А вы кто?

– Мы – родители. – Лола лучезарно улыбнулась директрисе. – У нас мальчик, Аскольдик, он просто замечательный! Такой умный, начитанный, послушный…

– В детской комнате полиции на учете состоит? – деловито осведомилась директриса.

– Что вы! – возмутилась Лола. – Как вы могли подумать! Я же сказала – он начитанный, умный…

– Самый подходящий контингент для детской комнаты… – вздохнула Анна Романовна. – А чего вы от меня-то хотите?

– Понимаете, – ворковала Лола, – мы недавно переехали сюда из Сибири, из отдаленного района, и хотели бы отдать нашего Аскольдика в хорошую школу. А вашу школу нам очень хвалили…

– Не знаю. – Директриса пожала плечами. – Школа как школа… ничего особенного… и потом, вы же понимаете, сейчас середина учебного года… вашему сыну трудно будет пройти весь пропущенный материал, да и вписаться в коллектив… вот приходите летом, тогда, может быть, с первого сентября…

– Простите, Анна Романовна! – Маркиз слегка отодвинул Лолу и выдвинулся вперед. – Возможно, вы не совсем поняли мою жену. Мы приехали не просто из Сибири, мы приехали из района нефтедобычи. Там я работал старшим менеджером на одном из месторождений, а сейчас меня перевели в здешнее отделение нашей компании. Так что мы можем материально помочь вашей школе. Оказать ей, так сказать, спонсорскую помощь, к примеру, в размерах компьютерного класса… или тренажерного зала…

При волшебных словах «спонсорская помощь» Анна Романовна чрезвычайно оживилась. Она вскочила из-за стола, подошла к посетителям и проговорила:

– Ну, это же замечательно! Это ничего, что учебный год почти заканчивается, я уверена, что ваш мальчик прекрасно впишется в наш коллектив и усвоит всю необходимую информацию! Как, вы говорите, его зовут?

– Аскольд! – Лола зарделась, как будто и вправду говорила о любимом ребенке.

– Замечательное имя! – воскликнула директриса. – Настоящее древнерусское имя! Это очень патриотично! Имя Аскольд звучит на страницах русских летописей наряду с именами святого князя Владимира, князей-мучеников Бориса и Глеба, святой княгини Ольги и Александра Невского… на слуху у каждого любителя русской старины опера Верстовского «Аскольдова могила»…

– При чем тут могила? – возмущенно перебила ее Лола. – Аскольд – здоровый и крепкий мальчик!

– Я не сомневаюсь! – всполошилась директриса. – Если я употребила слово «могила», то только в связи с названием оперы…

– А вы лучше вообще не употребляйте таких слов применительно к нашему сыну!

Маркиз, прислушиваясь к этой перепалке, искоса поглядывал на часы. Он явно чего-то ждал.

– Итак… – проговорила Анна Романовна, по-своему расценив этот взгляд и решив, что вопрос решен. – Итак, я записываю вашего мальчика… в какой, кстати, класс?

Лола только было хотела ответить, как дверь кабинета распахнулась и в него влетела приземистая квадратная женщина с красным от возбуждения лицом и встрепанными волосами. Казалось, что эта женщина только что чудом вырвалась из зоны разбушевавшегося тайфуна. Она разевала рот, как выброшенная на берег рыба, и пыталась что-то сказать, но не могла выговорить ни слова.

– Надежда Ильинична! – строго проговорила директриса, смерив вошедшую взглядом. – Почему вы врываетесь в мой кабинет как к себе домой? Вы видите, что я занята! Я разговариваю с очень достойными людьми, нашими возможными спонсорами, а вы влетаете с таким видом, как будто случился пожар!