Я смотрела в окно, не желая видеть выражение ее лица, уверенная, что увижу разочарование, или, еще хуже, гордость за меня.

— Значит… весь последний месяц ты провела тут? — спросила она. — Ты поэтому нас избегала? Ты была с Уэсли?

— Ага, — пробормотала я. — Когда ситуация загоняла меня в угол, он просто был рядом. Я могла избавиться от стресса, не сводя с ума тебя или Джессику. Тогда это казалось отличной идеей. Затем… я увлеклась… но теперь все стало еще хуже, чем было сначала.

— О Боже, ты беременна?

Я сжала зубы и повернулась к ней.

— Нет, Кейси, я не беременна, черт подери.

— Серьезно?

— Блин, я достаточно умна для того, чтобы пользоваться презервативами, и к тому же пью таблетки уже около трех лет!

— Ладно, ладно. Ты не беременна… слава богу. Но если это не проблема, что тогда?

— Ну, во-первых, ты злишься на меня… и мне нравится Уэсли.

— Ну, это не новость, ты же спишь с ним.

— Нет, я не про то… — Я покачала головой и снова повернулась к окну. Мимо нас проносились простые и чистые маленькие пригородные дома Хэмилтона, окруженные своими невинными заборчиками. Я бы убила за возможность стать такой же простой и чистой, как эти домики. Вместо этого я чувствовала себя сложной, грязной и испорченной.

— Мне он не нравится, — объясняла я. — В девяносто шести процентах из ста он меня раздражает, и иногда мне хочется его задушить. Но в то же самое время я… я хочу, чтобы он был счастлив. Я думаю о нем гораздо чаще, чем следовало бы, и я…

— Ты любишь его.

— Нет! — выкрикнула я, поворачиваясь лицом к ней. — Нет, нет, нет! Я не люблю его, ясно? Любовь редка, и ее сложно найти, и ей нужны годы для развития. Подростки не влюбляются. Я не люблю Уэсли.

— Ладно, — сказала Кейси. — Но у тебя есть чувства к нему?

— Да.

Она кинула на меня быстрый взгляд, расплываясь в улыбке.

— Я так и знала. Все те мои шутки были просто, чтобы тебя подразнить, но я знала, что что-то произойдет после вашего поцелуя.

— Заткнись, — пробормотала я. — Это ужасно.

— Почему?

— Что почему?

— Почему ужасно? Ну и что, что у тебя к нему есть чувства. Разве это не должно быть чем-то замечательным и воодушевляющим и вызывать полет бабочек у тебя в желудке?

— Нет, — ответила я. — Это не замечательно и не воодушевляюще. Это мучительно.

— Но почему?

— Потому что он никогда не сможет ответить на мои чувства! — Боже, разве это не очевидно? Она не может сложить два и два вместе? — Он не будет ничего ко мне чувствовать, Кейси. Даже думать о том, что это возможно — пустая трата времени.

— Почему он не ответит на твои чувства?

Почему у нее так много вопросов?

— Прекрати.

— Я совершенно серьезно, Би, — настаивала она. — Я уверена, что ты не можешь читать мысли или видеть будущее, так что не понимаю, с чего ты взяла, что не будешь ему нравиться. Что в этом такого?

— Сейчас я даже тебе особо не нравлюсь.

— Я это переживу, — ответила она. — Ну, рано или поздно. Но серьезно, что останавливает Уэсли от того, чтобы ты ему нравилась?

— Я — Простушка.

— Прости, что?

— Простушка.

— Я не понимаю.

— Так называют непривлекательную подругу, — вздохнула я, — в группе девчонок. И это я.

— Это такая глупость.

— Разве? — отрезала я. — Такая уж ли это глупость, Кейси? Посмотри на себя. Посмотри на Джессику. Вы выглядите, будто сошли с обложки «Teen Vouge». Я не могу с этим сравниться. Так что да, я чертова Простушка.

— Это неправда. Кто тебе это сказал?

— Уэсли.

— Ты издеваешься?!

— Неа.

— До или после того, как ты переспала с ним?

— До этого.

— Ну, тогда, это было несерьезно, — сказала Кейси, — он же спал с тобой, так? Значит, находи себя привлекательной.

Я фыркнула.

— Вспомни, о ком ты говоришь, Кейси. Уэсли не особо разборчив, когда дело касается секса. Я могла бы выглядеть, как горилла, и он также, не мешкая, трахнул бы меня, а вот встречаться со мной — совершенно другое дело. Он даже с девчонками из Тощей команды не встречается…

— Я ненавижу, когда ты так нас называешь.

— …что уж говорить обо мне? Он никогда не будет парнем Простушки.

— Серьезно, Бьянка, ты не Простушка. Если кто и Простушка среди нас, так это я.

— Смешно.

— Я не шучу, — настаивала она. — Я все еще зла на тебя, с чего это я буду стараться заставить тебя чувствовать себя лучше? Я как чертова великанша, уже почти 1.86 м! Большинству парней приходится задирать голову, чтобы посмотреть мне в лицо, и никакому чуваку не нравится быть ниже девчонки. Ты симпатичная и маленькая. Я бы убила за твой рост… и за твои глаза, они гораздо красивее моих.