— Тебе ведь нравится, согласись, Ник.

— Это не отменяет того факта, что я вас ненавижу и не дам покинуть эту планету.

— Ну же, глупый, что за чушь? Почему? Разве мы не имеем право на существование? Мы умираем, Ник, и умираем уже довольно долго. Нам не хватает пространства. Нас стало слишком много. Мы просто хотим приобрести новое жилище для себя и своих потомков. Даже если не вы, люди, то нам поможет кто-то ещё. Да, на это потребуется время, и, возможно, немалое, но мы выдержим. Но, согласись, зачем же ждать и оттягивать то, что в любом случае неизбежно?

— Смиритесь, — хмыкнул пилот. — Вы все умрёте на этой планете, кто бы вы ни были.

— Ты не понимаешь. Умрём мы — умрёте и вы, люди. Или ты можешь представить себе человека без страхов? Например, человек, не боящийся ходить по ночам в тёмных переулках. Ну, не боится, и что плохого, спросишь ты? Да ничего, кроме того, что риск его гибели от рук грабителей многократно возрастает. Или, предположим, маньяк–убийца, не боящийся ни власти, ни закона, ни тюрьмы…

— Хватит, я тебя понял. И что ты мне предлагаешь?

— А я ничего не предлагаю. Мы уже в тебе, разве ты этого не чувствуешь?

— Если вы все во мне, то кто тогда этот мутант с рогами, который в скором времени просто раздавит церковь к чертям собачьим?

— Дьявол? — девочка усмехнулась. — Это всего лишь проекция страха вашего друга епископа. Лишь одним мановением руки мы можем создать тысячи, миллионы таких, как он. Представляешь себе армию Дьяволов? Как с ними справиться? Ты хочешь, чтобы мы сделали это?

— Я хочу чтобы вы пошли на хрен, — буркнул пилот. — А также хочу вернуться в то время, когда меня подбили пираты и я чуть не умер, чтобы добить самого себя…

На этот раз девочка рассмеялась в полный голос:

— Да будет так!

И мир резко померк в глазах Ника, чтобы через мгновение разразиться светом миллиардов звёзд и бездонной вселенской пустоты. Пилот и девочка сейчас находились в открытом космосе, наблюдая за пролетающим неподалёку кораблём.

— Это же…

— Да, Ник. Это тот самый корабль, благодаря взрыву которого ты и был вынужден полететь на Дирт Пул в поисках нового судна.

— И это всё взаправду?! То есть, мы действительно вернулись во времени?..

— Возможно, как знать? А теперь взгляни во–о-он туда.

Пилот проследил за движением руки и увидел стремительно приближающийся боевой истребитель. Ник вздрогнул:

— Пираты…

— Ты до сих пор так уверен, что это были просто пираты? — зловеще ухмыльнулась девочка.

— А кто ещё, чёрт возьми?! Кому ещё нужно просто так нападать на федеральные суда, а? И не надо думать, что если я — всего лишь человек, то мне можно что-то недоговаривать. Выкладывай всё, что знаешь.

— Вглядись в противника внимательнее.

Пилот прищурился и попытался рассмотреть, как он считал, в пиратском корабле что-нибудь необычное. Но — увы! — даже тщательный осмотр так ничего не прояснил. И только спустя минуту — или целую вечность? — Ник разглядел на обшивке истребителя несколько букв, моментально сложившиеся в одно единственное слово.

«Феникс».

И сразу же, как только наступил момент полного ошеломления, девочка вытянула пилота обратно на Шедоу. Вокруг снова пылал Ад, Дьяволу оставалось пройти до церкви совсем немного, а двое наёмников уже готовились к прыжку через окно.

— Как?! — закричал Ник. — Они охотятся за мной уже столько лет?!

— Нет, нет. Их наняли всего несколько месяцев назад, дабы доставить тебя и Седну живыми к некоему Айзеку Блехеру, с которым ты уже имел несчастье иметь знакомство.

— Тогда почему они пытались убить нас ещё на Тризисе?!

— Слишком долго и слишком сложно объяснять. Они хотят остановить не тебя, а нас, но посредством твоей смерти. Так что, возвращайся в своё тело, прими нас с присущим тебе спокойствием и спаси её, ту, которую так сильно любишь.

В следующий миг Ник очнулся, лёжа на полу, скованный ремнём епископа. Не произнося ни слова и не обращая внимания на ошарашенные лица своих спутников, он одним плавным движением перевёл своё тело в вертикальное положение и, расправив руки, разорвал ремень на несколько кусочков, словно он был сделан не из прочной кожи, а какой-нибудь мягкой и податливой ткани.

Седна и епископ, не в силах закрыть открывшиеся от удивления рты, не отводили взгляда от полностью чёрных и пылающих злобой глаз своего капитана.