Ди Бенедетто вздохнул.

— Гребаные двадцатки. Ладно, убирай.

Хескоу засунул пачки в рюкзак, завязал тесемки.

— Мой клиент требует скорейшего выполнения заказа.

— Уложимся в две недели, — ответил Ди Бенедетто.

— Годится, — кивнул Хескоу.

Эспинелла закинула рюкзак за плечо. Легковат, подумала она. Полмиллиона — невелика ноша.

Увидела, как Ди Бенедетто пожимает руку Хескоу, и ей вдруг захотелось как можно быстрее выбраться из этой комнатушки. Повернулась, открыла дверь, двинулась вниз по лестнице, одной рукой держась за лямки рюкзака, второй готовясь в любой момент выхватить пистолет. Услышала позади шаги Ди Бенедетто.

Они вышли в холодную ночь, мокрые от пота.

— Положи рюкзак в багажник, — прошептал Ди Бенедетто. Сел за руль. Раскурил сигару.

Эспинелла открыла дверцу, села рядом.

— Где будем делить бабки? — спросил Ди Бенедетто.

— Только не у меня. Там нянька.

— И не у меня. Дома жена. Как насчет номера в мотеле?

Эспинелла скорчила гримаску. Ди Бенедетто улыбнулся:

— Тогда у меня в кабинете. Дверь закроем на ключ. — Она рассмеялась. — Проверь еще раз багажник. Убедись, что он заперт.

Эспинелла не стала спорить. Вылезла из машины, открыла багажник, достала рюкзак. В этот момент Пол повернул ключ зажигания.

Взрывом вышибло все витрины в торговом центре. Автомобиль взлетел в воздух, превратившись в груду металла. Ди Бенедетто погиб на месте. Эспинеллу Вашингтон отбросило футов на десять. Она сломала руку и ногу и потеряла сознание от дикой боли в выбитом глазу.

Хескоу, уходившего через черный ход пиццерии, взрывной волной бросило на стену. Он запрыгнул в свой автомобиль и через двадцать минут был в Брайтуотерсе. Плеснул в стакан виски и проверил четыре пачки сотенных, которые позаимствовал из рюкзака. Сорок штук — неплохая премия. Он решил, что даст сыну две штуки на мелкие расходы. Нет, одну. А остальные пригодятся на черный день.

В ночном выпуске новостей о взрыве сообщили первой строкой. Один детектив погиб, второй получил тяжелые ранения. На месте происшествия найден рюкзак с огромной суммой денег. Какой именно, комментатор не сказал.

Когда двумя днями позже Эспинелла Вашингтон пришла в сознание, она не удивилась вопросам о том, откуда взялся рюкзак с деньгами и почему в нем оказалось не полмиллиона, а на сорок тысяч меньше. Она заявила, что не имеет понятия, что это за деньги. Ее спросили, что делали главный детектив и его заместитель в столь укромном месте. Она отказалась отвечать, сославшись, что встретились они там по личному делу. Но она ужасно разозлилась за то, что ей устроили допрос с пристрастием, едва она успела прийти в себя.

Видать, управлению на нее наплевать. Они не желали принимать во внимание ее послужной список. Но все закончилось хорошо. Управление решило не проводить дальнейшего расследования, поскольку происхождение денег осталось тайной.

За следующую неделю Эспинелла сообразила, что к чему. Их подставили. И сделать это мог только один человек — Хескоу. А исчезновение сорока тысяч указывало на то, что этот подонок из жадности грабил и своих. Что ж, подумала Эспинелла, когда я поправлюсь, придется еще раз встретиться с Хескоу.

Теперь Асторре проявлял максимальную осторожность. Смертельную угрозу таила в себе не только пуля киллера, но и арест полицией. Большую часть времени он проводил в тщательно охраняемом доме. По периметру в лесу, на полянах, он установил сигнальные датчики и приборы ночного видения. Из дома выезжал в сопровождении шести телохранителей. Но иногда совершал марш-броски и в одиночку, надеясь на внезапность и быстроту реакции в случае встречи с одним или двумя киллерами. Взрыв автомобиля с двумя детективами был мерой вынужденной, но ответная реакция полиции создала немало проблем. И он, конечно же, понимал, что Эспинелла Вашингтон, оклемавшись, сообразит, что предал ее Хескоу. И если Хескоу сломается, выйдет на него.

Теперь Асторре уже полностью осознавал, с каким он схлестнулся противником. Он знал людей, виновных в смерти дона, и чувствовал, что отомстить им будет нелегко. В его списке значились Курт Силк, неприкасаемый, Тиммона Портелла, заказавший дона, приложившие к этому руку Инсио Тулиппа, Граззелла и генеральный консул Перу. Пока ему удалось свести счеты лишь с братьями Стурцо.

Вся нужная информация стекалась к нему от Джона Хескоу, мистера Прайора, дона Кракси и Октавия Бьянко из Сицилии. Асторре пришел к выводу, что должен собрать всех своих врагов в одном месте. Разобраться с ними поодиночке не представлялось возможным. И мистер Прайор и Кракси особо предупредили, что он не может поднять руку на Силка.

Не было ясности и с генеральным консулом Перу Марриано Рубио, любовником Николь. Какие секреты она ему доверяла? Что она изъяла из досье дона? Почему не хотела показывать эти страницы Асторре? Что она от него скрывала?

В редкие свободные мгновения Асторре грезил о женщинах, которых любил. Первой была Николь, такая юная, такая властная, неистовая страсть которой заставила его влюбиться в нее.

А как разительно изменилась Николь, увлекшись политикой и карьерой.

Он вспоминал Буджи с Сицилии, по существу проститутку, девушку по вызовам, очень добрую и при этом вспыхивающую, как бензин. Он вспоминал ее великолепную постель, теплые сицилийские ночи, когда они плавали в бассейне, а потом ели оливки, доставая их из бочонка. Она никогда не лгала, откровенно рассказывала о своей прошлой жизни, своих мужчинах. И она не бросила его после того рокового выстрела, вытащила на берег, и его кровь обагрила ее тело. А потом подарила золотую цепь с медальоном, чтобы прикрыть им ужасную рану.