Освальд закивал и вернулся к осмотру трупа. Моргать стал чаще — перенервничал, бедняга. Столько на него свалилось.

— Ещё один мальчик… Надо с этим что-то делать.

— Я со своей стороны делаю всё, что могу, — ткнул я себя пальцами в грудь. — Но ты должен мне помочь. Что там с Гарри?

— Как обычно, — ошпарил меня строгим взглядом фельдшер, — смерть наступила вследствие асфиксии, задушен, предположительно, руками. Смерть наступила около трёх суток назад. Иных повреждений на теле не найдено.

— Обследования уже проводил?

— Не успел…

— Ладно, — поднялся я со стула, — тогда я…

Меня прервали. Кто-то постучал в дверь. Возможно, семья Путов.

— Входите! — выкрикнул Освальд.

На пороге в самом деле оказалось двое, они даже были мужчиной и женщиной, но совсем не теми, кого я ожидал увидеть. Лица знакомые: блондин с крупной родинкой под губой и в тёмных очках вместе с высокой каменолицей азиаткой. Оба в чудных плащах, оба по-столичному холёные.

Рот блондина медленно открылся, пока он, очевидно, вспоминал моё имя:

— Марк, верно? — голос несколько инфантильный для сурового служащего из Ципиона. — А там, очевидно, господин Манупла?

— Да, это он. Простите, не запомнил ваших имён, — сам не ожидал, что так растеряюсь.

— Я - Оскар Праусен, а это Юрико Номати, — улыбнулся мужчина, в то время как его коллега так и не изменила стального выражения лица.

Рука подскочила в воздух — пришлось пожать. Бесцеремонно отстранив меня в сторону, парочка вошла в кабинет. Из прихожей косятся любопытные Путы.

Пока наступила очередь Освальда обмениваться рукопожатиями, я прикрыл дверь. Решил остаться да посмотреть, чего эти двое задумали. Подозрительные типы не дают мне покоя.

— Чем могу быть полезен? — сцепив руки, проронил фельдшер, стреляя глазами по гостям.

— Мы здесь по поводу эпидемии Немаина три года назад. Вы должны помнить…

— Помню, три года назад получили из Сакра Ципиона лекарство, оно было введено всем жителям, я слежу за всеми новорождёнными — болезнь больше не появлялась.

— Дело не в этом. Понимаете ли, Центр Медицины поручил нам выяснить причину появления в городе Немаина.

По нервно вцепившимся друг в друга пальцам хорошо заметно, как Освальд занервничал. Расширившиеся глаза глянули за поддержкой на меня, но не я ему помощник.

Честно говоря, связываться с этими двумя не хочется, особенно с бабой, у которой взгляд так похож на змеиный. Яда на клыках у неё точно должно быть не меньше, чем у гадюки. Освальд ей, кстати, совсем неинтересен — сосредоточилась на сверлении глазами Гарри…

— Всё ещё не понимаю, чем могу помочь? — склонил голову набок фельдшер.

— Было бы неплохо получить наиболее полную информацию о болезни. Любые документы, дневники, медицинские заключения… Вы же сохранили их?

— Да, остались истории болезни.

— Вы не будете против, если мы возьмём их на время? — щёлкнул пальцами Оскар и расплылся в дебильной улыбке.

Освальд не ответил, а сразу поплёлся к шкафами с документацией. Пора порыться в дебрях вдруг ставшей нужной макулатуры. Неужели всё вот так просто, и парочка людей из далёкой могучей столицы наведались именно что почитать про страшную болячку.

Быть может, наш доктор решится сказать…

— Что с ребёнком?

Вздрогнули, наверно, даже Путы за дверью. Голос женщины сталью проскрежетал посреди установившейся тишины. Строгий взгляд так и продолжает бурить неподвижное тело.

Паралич укусил за ноги, а немота — за горло. Хотел бы я ответить, но что-то переклинило.

— Его задушили, — ответил склонившийся над выдвижным ящиком Освальд.

— Кто это сделал?

— Маньяк, местные зовут его Душегубом.

— Какая это уже жертва? — всё не прекращает расспрашивать Юрико.

Пора мне помочь товарищу:

— Это — пятая, но этой ночью он похитил шестого.

— Вот все документы по Немаину, — привлёк внимание колоритной парочки доктор. — Всё, что смог найти.

Оскар, похоже, поражённый поведением коллеги не меньше нашего, молча забрал охапку папок. Нервный кашель, перекошенное лицо, и он уже спешит к выходу. На полпути, правда, решил поблагодарить:

— Спасибо, Освальд. Мы всё вернём.

— Необязательно.

— Что? — неуклюже остановился блондин, еле сумев поймать равновесие.