Ика потрясла головой.

— У нас все по-другому.

— Так ли? — царица обернулась и посмотрела на нее холодным взглядом. — Я тоже так думала. Посмотри на меня, на то, чем я стала.

Наступила настороженная тишина. Ика вспомнила о предупреждениях Дамоса и Тузы.

— Уже поздно, — сказала Пасифая, не желая дальше проводить сравнения. — Нам нужно отдохнуть.

Ика кивнула с грустным выражением лица.

— Завтра у тебя будет немало хлопот, царь своенравен и непреклонен в своем преследовании. — Царица дотронулась до ее руки. — Этот человек, ты уверена в нем? Он на самом деле хочет уйти отсюда вместе с тобой?

Ика кивнула, испугавшись такого вопроса. Она едва могла дождаться, когда же они с Язоном начнут новую жизнь.

— У меня не так уж много власти, но этой ночью я могу тебя защитить. Завтра я поговорю с моей верховной жрицей. Если у тебя возникнут проблемы, обратись к Наоре. Она поможет вам покинуть остров.

— Очень любезно с вашей стороны, но...

— Нет, это не любезность. — Пасифая убрала руку с плеча Ики, весь вид ее выражал озабоченность какими-то делами. — Так нужно. Спокойной ночи, дитя мое, и удачи тебе. Может быть, мы никогда больше не встретимся.

Ика поняла, что с ней прощаются, но не хотела оставлять эту женщину одну.

— Мне позвать служанку? — спросила она. — Или вашу дочь?

Пасифая, посмотрев в окно, казалось, съежилась.

— Нет, спасибо, — ответила она шепотом. — Я лучше останусь наедине со своими мыслями. Мои воспоминания теперь лучшее общество для меня.

Не зная, что еще можно сделать, Ика вышла, решив тем не менее найти Ариадну. Кто-то должен присмотреть за ее матерью.

К удивлению Ики, Ариадна ждала ее в комнате, предназначенной гостье. Ика описала состояние ее матери, но девушка только пожала плечами.

— Трудно любить человека, который презирает тебя. Мы часто оставляем ее грустить в одиночестве. Непонятно, почему мама так желает быть униженной? Разве она не видит, что слишком стара для человека, который предпочитает молодость?

Ика не нашла, что ответить.

— Не беспокойся о ней, — продолжала Ариадна. — Она, без сомнения, уже приняла снотворное и видит приятные сны. Расскажи лучше о своем возлюбленном. Правда ли, что он хочет забрать тебя отсюда?

— Ты все слышала? — неизвестно, что больше раздражало Ику — безвольность Пасифаи, привычка ее дочери подслушивать или желание девушки узнать как можно больше о ее личной жизни.

— Мне, как будущей царице-богине, следует знать обо всем, что происходит во дворце. Мне также нужно знать, поможешь ли ты мне бежать с этого острова. Помоги мне освободиться от власти отца.

— Но...

— Отец уже строит планы относительно меня. — Ариадна сжала ее руки в своих. — Он хочет добиться военного сотрудничества с одним царством, выдав меня замуж. Отец хочет продать меня, как сосуды с маслом. — Выпрямившись, она вновь приобрела царскую осанку. — Я — Ариадна, царица-богиня Крита. Я должна следовать только велениям своего сердца.

— Ты любишь другого?

Ариадна пожала плечами, выражение ее лица напомнило таинственную улыбку ее матери.

— Давным-давно я повстречала в полях танцующее божество. Вы, греки, зовете его Дионисом, но у нас он известен под более древним именем. Он прошептал мне на ухо, что наступит день, когда мы будем танцевать вместе. Мы будем вместе навсегда.

— Тогда пусть он и спасает тебя.

Улыбка Ариадны погасла, и выражение ее лица стало более суровым.

— Я не могу позволить себе ждать.

— Но ты понимаешь, царевна. Ведь твой отец захочет отомстить. Я могу рисковать собственной жизнью, но не жизнью моего возлюбленного.

Царевна еще раз сжала ее руки, посмотрев на нее пристально своими голубыми глазами.

— Ты не понимаешь. Мне очень нужно убежать. Я должна убежать. — Она отстранилась и взволнованно заходила по комнате. — Если ты мне не поможешь, мне придется положиться на одного афинянина.

— Неужели на Тезея?

Ариадна удивленно обернулась.

— Ты знаешь его?

— Я знаю только, что он хвастун. Не понимаю, как он может помочь тебе, будучи в темнице.

Ариадна потирала руки.

— Но он обещал мне, если я помогу ему бежать. Тогда он заберет меня с собой...

— Он хвастун. Лучше бы тебе не доверять ему.

— Никому не следует доверять, — Ариадна повторила слова Тузы. — Если ты отказываешься мне помочь, то что мне еще делать?

— А что ты намерена делать?

— Бежать, — выпалила Ариадна, — и если бы ты была умнее, тоже убежала бы.