«О Ика, — подумал он с болью в сердце, — как я мог так заблуждаться?»

Позади него хрустнула ветка. Дамос обернулся и заметил позолоченную тунику минойского воина. Он с тревогой вспомнил, что не отметился в порту.

— Интересно, для чего это ты околачиваешься возле деревни... — сказал воин. — Мне кажется, тебе лучше пойти с нами.

Ика замерла от страха, услышав голоса за дверью. «Где ты, Туза?» — мысленно спрашивала она. Неужели она перевязала раны Язона, только чтобы страже было удобнее вести его во дворец?

Ика посмотрела на своего героя — беспомощного и беззащитного. Они не смогли бы скрыться от стражи. Девушка осмотрелась в поисках оружия, но вода уже остыла и не могла никого обжечь, тряпками и травами она тоже не могла ничего сделать.

Факел. Он почти уже догорел. Бывает оружие и получше, но что ей оставалось делать? Она схватила его и занесла над головой, как ей казалось, с яростным выражением лица.

— Ни с места, — закричала она, когда занавеска отодвинулась, — или я сейчас выжгу ваше сердце!

В дверях стоял смеющийся Туза.

— Это твое оружие? Дори, ты хочешь выжечь мне сердце?

— О, Туза, — сказала она, опуская факел, — я думала, это стража.

— Ты мне не доверяешь. Ведь я же тебе друг, как еще тебе это доказать?

— Ты отослал стражу? Это правда? — Она шагнула к нему.

— Они сейчас в лесу. Там я заметил какого-то бродягу и послал их к нему. Но когда стража с ним разберется, она вернется обязательно. Так что тебе и твоему пленнику придется уйти.

Некоторое время назад она бы с радостью восприняла это предложение, но оказалось, что Язон ранен очень тяжело.

— Он не может двигаться. У него сломана нога. Я должна...

— Боюсь, мне придется настоять на своем, — улыбка его исчезла, и Туза стал очень серьезным. — Если солдаты обнаружат здесь грека, не отметившегося в порту, — из Мессалоны он или откуда еще, врагов ведь у Миноса теперь много, — то нашей деревне это грозит большими неприятностями.

Ика посмотрела на Язона. Как же больно ему будет! Но Туза прав: им необходимо уйти.

— Мне нужна какая-нибудь доска для шины. Сначала нужно перевязать его сломанную ногу. Нелегко будет с ним справиться, когда он придет в себя.

— Ты думаешь, он очнется?

Ика уверенно покачала головой.

— Он жив, Туза. Я же сказала тебе, что сама богиня предназначила его мне.

К ее удивлению, Туза не стал с нею спорить. Он просто очень грустно посмотрел на нее и глубоко вздохнул.

— Хорошо, мы спасем твоего грека, но, боюсь, наступит день, когда ты пожалеешь об этом.

Сначала Язон почувствовал боль — острую, пронизывающую боль. Затем услышал голоса — ничего не значащиеся звуки; наконец он понял, что ночной кошмар продолжается. Отчетливо слышалась речь его преследователей.

Рванувшись изо всех сил к свободе, он только усилил и без того мучительную боль в ноге. Голова его закружилась, он почувствовал тошноту и снова провалился в темную пустоту.

Голоса опять выхватили его из забвения, он открыл глаза и увидел, что его связывают по рукам и ногам. Когда люди дотронулись до ноги, он подумал, что умрет от нестерпимой боли.

Вдруг откуда-то появилась девушка. Ее речь также была непонятна, но, кажется, она упрашивала мужчин убрать веревки. Это сбило его с толку — ведь она тоже преследовала его и даже первая накинула петлю ему на шею. Почему же сейчас она освобождает его?

Девушка настойчиво отталкивала их, произносила резкие слова, размахивала руками. Наконец все шесть мужчин ушли и оставили их одних.

Она, что-то бормоча себе под нос, перевязывала его раны, но даже ее нежная рука не могла прикоснуться к его ноге безболезненно. Он не смог удержать стон.

Девушка мгновенно обернулась и принялась поглаживать его. Дотронувшись до лица, она заговорила с ним. Хотя слова и не были понятны, они немного успокаивали его.

Затем их взгляды встретились, и он уже больше не мог оторваться от ее глаз — они предлагали помощь. На какое-то мгновение стало неважным, что у него нет ни имени, ни прошлого. Глаза говорили ему, что он здесь желанный гость и что он уже никогда не будет одинок.

Постепенно Язон понял, почему он так спокоен. Эти глаза — они посещали его во сне. Неужели это девушка из его снов, неужели она существует на самом деле и ему теперь не грозит никакое зло?

Она продолжала говорить, но теперь более возбужденно, кивком головы указывая на его ногу, на стол, где лежали куски ткани и травы. Когда-то один человек уже прикладывал подобные вещи к его руке. Он понял, что она хочет облегчить его страдания.

И вдруг ему стало ясно, что девушка хочет сделать с его ногой. Несколько мгновений он будет испытывать непереносимую боль, но потом она быстро заживет.