– Меня больше всего интересует, что характерно для всех жертв, – сказал Пендергаст.

– Усек. – После небольшой паузы д’Агоста продолжил: – Все фамилии начинались с букв, отличных от И, С, Ю, Икс и Зэт.

Губы Пендергаста слегка изогнулись, что при желании можно было принять за подобие улыбки.

– Все были старше двенадцати и моложе пятидесяти шести. Ни одна из жертв не появилась на свет в ноябре.

– Продолжайте.

– Кажется, все. – Д’Агоста быстро пробежал взглядом еще несколько страниц. – Нет, еще кое-что. Мы прогнали список через базу данных серийных убийств. Единственная общая черта заключается в том, что ни одно из убийств не совершалось в полнолуние.

– Неужели? – Пендергаст приподнялся со стула. – Это, пожалуй, стоит запомнить. Что еще?

– Все.

– Благодарю вас. – Агент ФБР снова сел на стул и продолжил: – Все это, Винсент, не более чем крупицы золота. Нам нужна информация. Нужны факты. И именно поэтому я больше не имею права ждать.

Д’Агоста вопросительно посмотрел на него:

– Надеюсь, вы не собираетесь снова под землю?

– Разумеется, собираюсь. Если капитан Уокси станет настаивать на том, что этот человек – убийца, все дополнительные патрули будут отозваны. Бдительность резко снизится. Создадутся условия, существенно облегчающие дальнейшие убийства.

– И куда же вы отправляетесь?

– На Чердак дьявола.

– Да бросьте вы, Пендергаст, – фыркнул д’Агоста. – Вам даже неизвестно, существует ли этот чердак на самом деле, не говоря уж о том, как туда добраться. У вас нет никакой информации, кроме слов того психа.

– В данном случае я считаю, что на слова Мефисто вполне можно положиться, – ответил Пендергаст. – Однако я располагаю сведениями более надежными, чем его слова. Мне удалось побеседовать с Алом Даймондом, городским инженером. Он разъяснил, что так называемый Чердак дьявола есть не что иное, как серия тоннелей, сооруженных на рубеже веков богатейшими семьями Нью-Йорка. Тоннели были призваны служить частными железнодорожными линиями, но через несколько лет эксплуатации оказались заброшенными. Я сумел реконструировать приблизительную схему их расположения. – Взяв со стола маркер, Пендергаст подошел к знаменитой карте с булавками, установил кончик маркера на пересечении Сорок пятой улицы и Парк-авеню и провел линию через Пятую авеню к Площади Великой армии и далее по диагонали через парк к середине Западной улицы Центрального парка. Закончив чертежные работы, спецагент отступил на шаг и горделиво взглянул на д’Агосту.

Д’Агоста молча смотрел на карту. За исключением нескольких точек все красные и белые булавки расположились вдоль линий, начертанных Пендергастом.

– Ни хрена себе! – выдохнул он.

– Весьма точное выражение, – заметил Пендергаст. – Даймонд также сообщил, что входы в тоннели к северу и югу от парка замурованы. Так что придется пробираться под парком.

– Я иду с вами! – Д’Агоста лихорадочно пытался нашарить в столе сигару.

– Простите меня, Винсент, но этого делать не следует. Вы незаменимы здесь, и особенно сейчас, когда бдительность полиции существенно ослабеет. Кроме того, я хотел бы, чтобы вы вместе с Марго выяснили все, что связано с действиями Кавакиты. Нам еще не до конца понятна степень его вовлеченности в это дело. Более того, на сей раз я должен действовать исключительно скрытно. Если мы отправимся вдвоем, это удваивает шансы на провал. Однако я был бы признателен, если бы вы смогли передать в мое распоряжение сержанта Хейворд. Всего на несколько часов. Ее опыт мог бы принести мне неоценимую пользу во время подготовки к экспедиции.

Д’Агоста, недовольно скривившись, отложил сигару.

– Боже милостивый, Пендергаст, это же длиннющее путешествие, вам там придется остаться на ночь.

– Боюсь, что даже и ночи не хватит, – сказал агент ФБР и положил маркер на стол. – Если вы не получите от меня никаких известий через семьдесят два часа… – Он помолчал, а затем, схватив д’Агосту за руку, с улыбкой закончил: – …то посылать спасательную экспедицию будет просто глупо.

– А как с едой?

Пендергаст изобразил изумление:

– Неужели вы забыли изысканный вкус тоннельного кролика au vin [4] запеченного на открытом огне?

Д’Агоста скорчил гримасу, а Пендергаст усмехнулся:

– Для опасений нет никаких оснований, лейтенант. Я буду прекрасно обеспечен. Пища, карты – все что угодно.

– Это похоже на путешествие к центру земли, – заметил д’Агоста, покачивая головой.

– Именно. Я ощущаю себя исследователем, отправляющимся в неведомые края, населенные неизвестными племенами. Весьма необычно то, что они находятся прямо под твоими ногами. Cui ci sono dei mostri , дружище. Будем надеяться, что мне удастся избежать встречи с dei mostri . Наш друг Хейворд проводит меня в путь.

Пендергаст некоторое время молчал, погрузившись в свои мысли, затем кивнул д’Агосте и выскочил в коридор – шелковистый ворс его черного пиджака тускло поблескивал в свете флюоресцентных ламп.

Последний из великих путешественников.

П ендергаст размашисто шагал по широким ступеням, ведущим в Нью-Йоркскую публичную библиотеку. В руке у него был приличных размеров чемодан из парусины и кожи. Идущая следом за ним Хейворд остановилась, чтобы получше рассмотреть огромных мраморных львов по обе стороны лестницы.

– Не стоит так беспокоиться, сержант, – сказал Пендергаст. – Они уже получили свою дневную порцию пищи. – Несмотря на жару, агент ФБР был одет в наглухо застегнутый, доходящий почти до щиколоток пыльник оливкового цвета.

Миновав двери, они оказались в приятной прохладе большого полутемного зала. Пендергаст что-то негромко сказал вахтеру, показал свое удостоверение и задал несколько вопросов. Затем кивком пригласил Хейворд следовать за ним в небольшую дверь под лестницей.

– Сержант Хейворд, вы знаете подземный Манхэттен лучше, чем кто-либо, – сказал агент ФБР, когда они оказались в крошечной, обитой кожей кабинке лифта. – Вы уже успели дать мне бесценные советы. Услышу ли я ваше последнее напутствие?