Феликс задумчиво прошелся вдоль стены и затянулся сигаретой с таким видом, словно меня в комнате не было. В глазах перестало рябить, и я разглядела в другом конце комнаты полуприкрытую дверь. Здравствуй, сквозняк. А я в легкой кофточке, мало подходящей для ночных осенних прогулок. Видимо, мои вещи остались у Даши. Так и заболеть недолго! Даша… Нет, думать о ней уже поздно…

Я демонстративно поежилась от холода и выжидающе взглянула на Феликса.

– Как ты это делаешь? – наконец спросил он, покончив с сигаретой.

Окурок полетел вниз наперегонки с мыслью, зреющей в моей больной голове. Тщетно. Эту гонку я проиграла – вопрос остался за гранью понимания.

– Делаю что?

– Не прикидывайся.

Вероятно, выражение моего лица было слишком изумленным. Феликс посмотрел на меня недовольно, но соображать я от этого лучше не стала.

– Кажется, когда я падала, сильно ударилась головой. Не понимаю, о чем ты.

– Повторим? Вдруг мозги на место встанут.

Минуточку! Неужели он намекает на то, что…

– Думаешь, это я?! – Моему возмущению не было предела. – Серьезно?

– А кто еще?

– Откуда мне знать?!

– Тебя поймали с поличным.

– Отличная логика! Раньше я убивала на расстоянии, чудесной силой мысли, а тут сама приехала.

– Возможно, ты не собиралась трогать Дашу. Хотела просто поговорить, но она обо всем догадалась, и пришлось ее убрать.

– Ничего, что меня тоже задело?

– Плохо рассчитала отдачу при личном контакте.

– Я случайно оказалась в Дашиной квартире!

– И единственного свидетеля у себя дома держишь случайно?

– Слушай, гений, – потеряла я самообладание. – Влад сам попросил о помощи. Мне не меньше твоего хочется узнать, кто устроил нам локальный геноцид. Ты на ложном пути!

– Я так не считаю, – уверенно сказал Феликс. – Много совпадений. Взять хотя бы обстоятельства смерти твоей матери.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь…

– А подружку ты так за что? Неудачно потренировалась, или опять случайность?

Волна удушающего негодования накатила резко и свирепо, сметая с пути все остальное, и чувство самосохранения в том числе. Здравый смысл тоже смыло за борт. Слова, которыми я объяснила, куда ему следует пойти со своими вопросами, были ну очень далеки от вежливых.

– Вижу, к конструктивному диалогу ты пока не готова, – угрюмо констатировал Феликс. Схватил меня за плечи и поднял с пола.

Я дернулась, но попытка вырваться вышла жалкой. Тогда я инстинктивно сделала то, от чего пользы не было никакой. Мысленно оттолкнулась от тяжелеющего с каждой секундой воздуха, преодолела преграду между мирами и отправила свое сознание подальше отсюда. Стены с шипением растворились, комнату заполнила прозрачная вода. Стайка пестрых рыбок испуганно метнулась вверх, на дне игриво заблестели кристаллы. С трудом оторвав от них взгляд, я вынырнула на поверхность и поплыла к берегу. Вскоре я лежала на песке, подставляя лицо теплым лучам солнца. Отовсюду доносились шелест пальм и щебетание птиц. Райский уголок, вечность бы валялась на пляже. Но чем это поможет? Импровизированное бегство проблемы не решит – я все еще там, пусть и в бессознательном состоянии. Хотя спрятаться в Потоке не такая уж скверная идея. Не надо отвечать на оскорбительные вопросы.

Я села у воды и пропустила песок сквозь пальцы. Океан омыл берег, пощекотав мне ноги. Я сдула оставшиеся на ладонях песчинки. На землю осели брызги смолы. Удивиться не успела: в груди закололо, в ушах раздался пронзительный звон. Пляж стал тесным, от воды потянулась серая дымка. Мощная волна энергии подхватила меня и понесла навстречу солнцу. Вот только вместо пылающего огненного диска наверху вырисовалась лампочка на тонком проводе.

– Что, дома никого? – насмешливо спросил Феликс. – Все в Раю?

Я ощутила спиной холодную стену. Небо рухнуло на пол, растеряв пушистые облака в трещинах грубых досок.

– Нет, так не пойдет. – Он разжал руку, и я бессильно сползла вниз. – Ты останешься здесь, со мной.

Голова кружилась, воздух жег легкие. Сосредоточиться не получалось. Поток скользил мимо, не позволяя присоединиться к нему. Я упорно вклинивалась в размеренно текущую энергию, но меня выкидывало назад. Каждая попытка отдавала нарастающей болью, а последняя стоила особо дорого. Будто я переступила дозволенный порог и захлебнулась в чем-то булькающем, горячем, вязком. Темнота сгустилась, голова затрещала с удвоенной силой. Ох, и наивно же было полагать, что болеть сильнее она не может…

– Не надоело? – участливо поинтересовался Феликс, когда меня в очередной раз вернуло в реальность. – Станет легче, если закончишь туда ломиться.

– Не дождешься, – как можно более ровным голосом произнесла я. Прозвучало не слишком убедительно, зато на холод мне уже было плевать. Пресловутый сквозняк стал меньшей из моих бед.

– Ты всегда такая упрямая? – огорчился он и сел рядом со мной. – Надо лишь ответить на пару вопросов. А сбегать во время разговора просто некрасиво.

– Не хочу я с тобой разговаривать.