— Это — мехмонхана, гостевая комната, — пояснил Дадо. — Она ваша. Для вас и вашей жены.

Хм! Не помню, чтобы я представлял кому-либо Ирину в качестве законной супруги.

— Живите, сколько хотите. Вы тут полные хозяева. Но если комната кажется вам неуютной, выбирайте любую другую. Весь дом ваш.

— Уважаемый Дадо, мы до глубины души тронуты вашим гостеприимством, — церемонно ответил я. — Однако дело требует, чтобы мы как можно быстрее продолжали путь.

— Я знаю, — кивнул Дадо. — Но то, о чем просит Ярослав, требует подготовки.

— Как долго она продлится?

— Сейчас трудно сказать. Думаю, завтра к вечеру все закончу. Но для этого я должен отлучиться. Прямо сейчас.

— Поступайте как лучше для дела, Дадо.

Он ненадолго задумался.

— Вы немножко знаете наши обычаи?

— Именно немножко.

— Но ваша уважаемая супруга впервые в Средней Азии?

— Совершенно верно.

— Тогда вы не обидитесь, если я позволю себе дать несколько советов? Это на пользу.

— Конечно, Дадо. Буду рад.

— Во-первых, не нужно бояться. Моя несчастная республика переживает трудные времена, и все же здесь, в Зеравшанской долине, пока спокойно. Вам нужно в Ак-Ляйляк, да?

— Верно.

— Это глухой горный кишлак. Русских там нет совсем. Но вас никто не тронет. Только не забывайте, что в таких горных кишлаках рано встают. А еще есть люди, которые страдают бессонницей и все замечают, даже в безлунную ночь. Нужно быть осторожным. Старайтесь выказывать уважение старикам. Пусть ваша жена оденется скромнее и повяжет волосы. Обязательно спросите у властей, где поставить вагончик. Это мелочи, но не забывайте про них.

— Очень важные мелочи, Дадо.

— Сейчас я привезу сюда Абдунасима. Хороший парень, поговорите с ним. Он будет сопровождать вас в Ак-Ляйляк и находиться рядом. Он вам понравится.

— Дадо, вы нам тоже нравитесь. Вы чрезвычайно оперативны.

— Делаю, что могу. А теперь вам лучше вернуться к дастархану. Отдыхайте. Скоро подадут плов. Сейчас я распоряжусь и поеду.

Когда я вернулся на айван, Ирина доедала последний персик.

— Ну ты даешь, подруга! — не сдержался я. — Что подумают хозяева?

— Дима, они такие вкусные! — Она сделала вид, что смущена. — Зачем он тебя звал?

— Намекнул, чтобы ты оделась скромнее. Иначе могут быть неприятности с местными джигитами.

— Хорошо, я постараюсь выглядеть поуродливей. Ты хочешь?

— Скоро будет плов. — Я дипломатично ушел от ответа.

— А выпить нам дадут?

— Не исключено, что здесь сухой закон.

— Фи! Сразу стало скучно…

Я полагал, что Дадо уже отправился по делам — по нашим делам, но он снова появился у айвана с ярко-красным пузатым чайником.

— Попробуйте чай другого сорта. А мне пора. Сейчас привезу Абдунасима. — И он удалился.

— Кого он обещал привезти? — спросила Ирина, вытягиваясь на одеялах.

— Нашего будущего спутника. Тебе налить чаю?

— Спасибо, что-то не хочется…

Я налил себе из красного чайника, пригубил и едва не поперхнулся.

Это был отличный коньяк.

Я плеснул во вторую пиалу и протянул ее Ирине:

— Все же попробуй, не пожалеешь. Классный чай!

Она неохотно сделала глоток и тут же резво выпрямилась.

— Дима, а почему так мало?

— Тебе же объяснили, что уважаемым гостям наливают на донышко.

— Я смотрю, тебе нравится быть восточным деспотом.

— Не спорю, есть свои прелести.

Пока, пикируясь, мы дегустировали напиток, Дадо распахнул ворота и вывел из гаража вишневый «форд».

Я уже не сомневался, что наш хозяин — далеко не последняя фигура в здешних краях. Неужели он тоже участвует в наркобизнесе? Но иного объяснения их нервущаяся связь с Путинцевым не имела. Однако же он бросил все свои дела и занимается только нами. Еще одна загадка…

У айвана появилась Зебиниссо. Она принесла второй поднос с фруктами.

Ирина тут же придвинула его к себе.

— Милая, ты не боишься лопнуть? — довольно бесцеремонно поинтересовался я.

— Ну, Дима, не будь занудой. Дай хоть раз отвести душу. Все так вкусно! Не могу удержаться. Еще неизвестно, что нас ждет в этом противном кишлаке. И подлей мне чаю. Из красного чайника. А с завтрашнего дня — все, сухой закон.

— Свежо предание…