Вдвоем с Ицу они подхватили бесчувственное тело водителя и бросили на заднее сиденье, прямо на его шефа. На все ушло чуть больше десяти секунд. Надев респираторы, они забрались в «кадиллак» и, развернув машину, погнали ее в обратном направлении.

Катер ждал их в северном районе порта, на последнем терминале, которым давно никто не пользовался.

Бернс, сухой, небольшого роста человек с седой шкиперской бородкой, стоял на причале возле своей посудины.

Когда «кадиллак» вместе с двумя телами рухнул с причала в море и исчез под водой, он почесал в бороде и произнес:

– Надо было больше с вас запросить, – Бернс бросил окурок сигары и спустился на палубу катера. – Я полагаю, что вам не терпится покинуть этот гостеприимный берег?

Ицу молча кивнул.

– Тогда будьте добры, джентльмены, отдайте швартов.

После двухчасовой болтанки по неспокойному океану они вошли в узкую тихую бухту переждать шторм.

Спустя сутки катер покинул убежище и взял курс на Норфолк, где их ждал мексиканец Кардель Родригес. Он был одним из тех, кого Тайгер с Ицу вывезли с острова. Родригес передал им деньги и документы, а затем довез до Вашингтона на своей машине. Там они сели на самолет, летевший во Францию.

– Похоже, фортуна повернулась к нам лицом, – произнес Ицу.

Он потрогал наклеенные усы и посмотрел в иллюминатор, в котором еще виднелись уплывающие в сторону кварталы Вашингтона.

Торнтон Буден, наполовину француз, наполовину американец, директор совета Всемирного центра Службы Безопасности, как и Обни Джефферсон, был клоном. Он имел роскошный особняк на Итальянском бульваре, который в данный момент пустовал. Будена, как и Джефферсона, как и еще ряд других влиятельных лиц, сдал Лус.

Анри Левье, ученик пропавшего Вильяма Дока, сообщил Тайгеру с Ицу, что в данный момент Буден находится в своей зимней резиденции в Антибах.

Анри Левье служил в Службе Безопасности начальником оперативного отдела парижского отделения. Выслушав историю о заговоре клонов, он минут пять молча расхаживал по комнате, затем остановился и произнес:

– Невероятно! Может быть, этот Лус просто психопат?

– Человек, который держал на своих плечах бремя управления корпорацией Баха, не может быть психопатом, – возразил Тайгер.

– Ну, тогда, возможно, я тоже являюсь клоном, – неожиданно предположил Левье.

Ицу усмехнулся:

– Вряд ли! У вас жена и ребенок. Вы увлекаетесь живописью.

– И что из этого?

– Дело в том, что клоны бесплодны и равнодушны к искусству.

– Хм… – Левье потер подбородок. – Месье Буден старый холостяк, у него нет детей и родственников. Как еще можно отличить клона от человека, кроме того, что вы мне сказали?

– Этого мы не знаем, – ответил Тайгер. – Здесь слово за наукой. Клоны не склонны к самоубийству и самопожертвованию. Они не употребляют наркотики и не питают пристрастия к алкоголю.

– Это становится интересным. Ведь месье Буден не пьет, – задумчиво произнес Левье.

– Когда мы возьмем месье Будена и допросим, у вас отпадут все сомнения, – произнес Ицу.

– Вы собираетесь взять Будена?

– Да! И рассчитываем на вашу помощь, – Ицу уставился на Левье своими желтыми глазами. – Иначе мы его просто убьем. Убить проще. Но тогда вы будете продолжать сомневаться. Человечество стоит перед угрозой уничтожения, и в данный момент от вас тоже зависит, выживет оно или нет.

– Кто мы, вы прекрасно знаете, – вмешался в разговор Тайгер.

– Безусловно! – ответил Левье.

– Тогда какие у вас основания не доверять нам? Мы же не два выживших из ума идиота.

– Действительно, оснований не доверять вам у меня нет, – Левье сел в кресло и задумался. – В Париже он появится только через месяц, – произнес он – Здесь его взять было бы проще, а вот в Антибах… тут надо подумать. Он там на отдыхе. Без предварительного доклада его могут потревожить только ближайшие помощники или шефы континентальных отделений нашей конторы. В резиденцию незаметно тоже не проникнешь. Она напичкана разными хитроумными штуками. Сами понимаете, статус обязывает. Все-таки резиденция шефа Службы Безопасности мира. Если только попробовать взять его на пляже…

– Что он делает зимой на пляже? – удивился Тайгер.

– У него есть собака, огромная псина, сущий зверь! Кроме него она никого не признает. Ее всегда держат в вольере. Кормят через решетку. Когда Буден приезжает в Антибы, он по вечерам гуляет с ней по пляжу рядом с резиденцией. Причем с собаки снимается намордник. Следовательно, в радиусе трехсот метров никого не остается, даже охраны. Она наблюдает за происходящим издалека.

Тайгер осторожно выглянул из воды и, убедившись, что огни резиденции находятся прямо напротив, ушел обратно в глубину и там, развернув ватерплан, поплыл к берегу. На глубине двух метров он вновь развернул его, уже носом в море и отпустил не выключая. Когда ватерплан ушел в глубину, Тайгер, не выпуская загубника изо рта, снял с себя гидрокостюм. Ледяная вода обожгла тело. Он сделал последний вдох из баллонов, отбросил их в сторону и вынырнул на поверхность. Сделав несколько гребков руками, он нащупал дно и медленно пошел к берегу, пытаясь разглядеть там Будена и его собаку.