– Ты отдала сердце одному, плоть - другому.

Я покраснела и посмотрела себе под ноги.

– Будем надеяться, что истина освободит тебя, - сказал он.

– Еще больше мистической чуши?
– сказала я, защищаясь. Не знаю, чего я ожидала. Я имею в виду, я не была настолько наивна, чтобы думать, что видела ореолы и магические трюки, но я не рассчитывала на уклончивость.

Он снова протянул руку.

– Можно мне посмотреть на амулет?

Холодок страха пробежал вниз по моей груди.

– Ты сделал так, чтобы я принесла его?
– Даже когда я спросила, я знала ответ. Я взяла ожерелье, и положил его в раскрытую ладонь.
– Это моей мамы. Она была Грегори?

– Я не буду отвечать на этот вопрос. Однако, я могу сказать, что этот амулет был не ее, и всегда твой. Есть причина, почему это сообщение вернулось к тебе.
– Он поднял брови.
– Ты, возможно, желаешь спросить о некоторых из своих историй, если хочешь знать больше.

– Почему бы тебе просто не сказать мне?
– спросила я, расслабляясь и вскидывая руку вверх, чтобы попытаться блокировать солнечные блики. Теперь я была уверена, что у него нет намерения подойти ближе, чем было необходимо. Он на самом деле отталкивал меня. Это тоже было хорошо. Если дело дойдет до драки, я буду побита.

– Мое знание не предназначено для тебя, только мое руководство.
– Он молчал некоторое время. Затем кивнул.
– У тебя много достоинств и тебе будут нужны они все. Твоей сущности нужно будет обняться.

Он заставил все это казаться настолько простым, но я знала, что это не так.

– Так... как мы сделаем это?
– Видение удара молнии пришло на ум.

На сей раз его рот фактически сложился в самую маленькую из улыбок.

– Путешествие. Ты найдешь силы в себе, когда вернешься. Используй их осторожно, поскольку их много, и знай, что даже самые большие вестники правосудия найдут спасение в отказе.

Я показала ему пустое лицо. Он начал поворачиваться.

– Подожди!
– завопила я.
– Из какого ранга мой ангел-создатель?

Замешательство исказило его прекрасные черты. Его руки немного дернулись.

– Я... не знаю.
– Он начал уходить.

– Мне пойти за тобой?
– спросила я.

– Не сегодня. Ты должна быть где-то еще. Ты ищешь воду и должна позволить себе ее найти.

Он ушел. Я была одна, посередине нигде, окруженная миллионами тонн песка и пыли. Моей единственной компанией была жгучая жажда.

Глава 26

«Одна половина знания того, что ты хочешь - это то, что ты должен отказаться от этого прежде, чем узнаешь. »

Сидни Ховард

Очевидные вопросы пришли на ум первыми. Где я? Как долго я нахожусь здесь? Я здесь умру?А потом начали просачиваться остальные. Кто-нибудь будет действительно скучать по мне? Я решу вопросы с Линкольном, прежде чем один из нас умрет? Это делает Ангел света или Ангел тьмы?

Вопросы продолжали прибывать, пока я шла покачиваясь по бесконечной пустыне. Песок был глубоким и мягким, и пейзаж не менялся. Даже после многочасовой прогулки, я почувствовала, что все еще стою на том же самом месте.

Вопросы стали уже намного упрощенней. Где же я оставила бутылку с водой? Кто-нибудь видит мою бутылку с водой? Это... кровь?

Последнее частично меня вывело из бреда, я приложила руку ко рту и почувствовала, как влага сочится из моего носа, смешиваясь с песчинками, прилипшими к лицу. Обезвоживание и усталость навалились на меня. Я позволила небольшой струйки крови проникнуть в рот, чтобы смочить язык, который отчаянно старался избежать сухости. Мое тело ощутило рвотные позывы. Возможно, это было… наказание.

Я решила проверить телефон снова, хотя знала, что на экране ничего не будет, аккумулятор умер. Когда я вытащила руку из кармана, листок бумаги поплыл к земле. Я нагнулась, чтобы поднять его, и упала на колени. Я даже не пыталась встать. Это было стихотворение, которое моя мать оставила мне. Я посмотрела на него, пытаясь понять слова через затуманенное зрение. Мне удалось, разобрать первые четыре строки.

Ты должна любить небытие,

Ты должна сбежать ото всех.

Ты должна остаться одна

И не к кому не идти.

Я сидела, моргая глазами, пытаясь сохранить хоть немного влаги в них. Я избрала для себя путь в пустоте, небытие; я сбежал от себя и тех, кто любил меня; и я остался абсолютно одна. Я вспомнила, как я не могла довериться Стеф или папе. Что-то щелкнуло. Я моргнула снова и сосредоточилась на стихотворении.

Ты должна быть очень активной

И освободиться от всего.