— Поезжай домой, — устало сказала Джессика. — Нам нечего сказать друг другу.

— Сделай так, как я сказала, — угрожающе повторила Пенелопа, — или ты очень пожалеешь. — Она встала, собрала перчатки и зонтик. Джеймс Хогг тоже поднялся, продолжая рычать, весь ощетинившийся и напряженный.

* * *

— Вы до сих пор не переехали в дом, — сказал другой сосед с Колдер авеню. — В городе говорят, что вы собираетесь бурить на этой земле.

— На чужой роток не накинешь платок, — отрезал Тревис. Он даже не хотел вспоминать об этом чертовом доме и продолжал жить у Эрвина.

— Мы хотим купить его у вас, — сказал сосед и назвал цену вдвое выше той, которую заплатил Тревис.

— Согласен, — сказал Тревис. Зачем держать дом, купленный для женщины, если она не будет с ним жить.

— Вы принимаете предложение? — удивленно спросил мужчина.

— Да, принимаю.

— О, — сосед заколебался. Наверно, он мог бы предложить гораздо меньше.

* * *

В августе при заполнении цистерны из скважины Хейвуда загорелся газ, и огромный столб огня поднялся высоко в небо. Хотя огонь потушили с помощью рабочих с соседних скважин, но об этом всюду заговорили. Работать на скважинах и жить там было очень опасно, в любой момент мог возникнуть пожар. А что такое пожар на нефтепромыслах было известно каждому. Джессика смотрела на вышки, окружавшие ее дом, и пожимала плечами. Она каждый день была так занята, что не оставалось времени думать об опасности. Но про случай на скважине Хейвуда написали газеты, и через несколько дней в Спиндлтоп примчалась Энни.

— Ты не можешь здесь оставаться, — сказала Энни, крепко обняв и поцеловав Джессику. — Это слишком опасно. Посмотри. — Она кивнула в сторону окна. — Сплошные заросли из нефтяных вышек. Ты представляешь, что будет с тобой, если тут забушует пламя?

Джессика вздохнула. Она никуда не хотела уезжать.

— Мама... Энни...

— Не я, конечно, родила тебя, Джессика, но я твоя мама, — Энни ласково смотрела на нее.

Джессика согласно кивнула. Энни Харт единственная мать для нее. Ее любовь была самым надежным и постоянным чувством в жизни Джессики. Словно угадав ее мысли, Энни крепко обняла ее и прижала к себе.

— Ты должна вернуться домой, доченька. Ты не можешь оставаться здесь. Не надо жить одной в этом ужасном, опасном месте.

Джессика попробовала возразить, но Энни перебила ее:

— Я говорю это, потому что вы с Тревисом до сих пор не живете вместе.

— Не говори мне, что ты предупреждала меня, — голос Джессики звучал глухо.

— Я приехала сюда не за тем, чтобы вспоминать свои предупреждения. Я хочу решить вопрос о твоем переезде.

Сердце Джессики сжалось. Еще тогда Энни не доверяла Тревису, а уж теперь и подавно. Она стремится помочь ей в несчастье. А Пенелопа? Пенелопа не замечала никаких проблем дочери, она видела только деньги.

— Я поняла, что твоя экономка любит тебя от всего сердца, — пробормотала Энни. — Я долго разговаривала с ней и должна сказать, что тебе очень повезло с этой молодой женщиной. Но она не может заменить родных...

Энни продолжала говорить, а Джессика подумала, как сильно отличаются ее мачеха и родная мать. Пенелопа возненавидела Рейни, а Энни сразу оценила по достоинству.

— ...и мы все очень хотим, чтобы ты вернулась домой, тебя ждет любовь и ласка.

Что за соблазн! Перед самым ее отъездом из Форт Ворса Джессика с отцом поговорили, как никогда раньше. Если она вернется домой, у них будет полное взаимопонимание, жизнь пойдет совсем по-другому, не так, как раньше, когда она думала, что отец не любит ее. Дома ждут братья и Франни. Франни растет, ей будут очень кстати советы и помощь старшей сестры. Тихая, спокойная жизнь в кругу любящей и любимой семьи. Есть много доводов сделать так, как хочет Энни, но... Оливер Дюплесси предложил Джессике взрослую, самостоятельную жизнь, был уверен в ней и в ее ответственности и оставил внучке все свое огромное богатство.

— Я не могу, мама, у меня слишком много обязанностей.

Энни вздохнула:

— Наследство. Я не очень хотела, чтобы он все оставил тебе. Твой дедушка был по-своему замечательным человеком, даже Джастин об этом говорил, хотя они совершенно разные люди. Я думаю, что мистер Дюплесси не хотел, чтобы пустили по ветру то, что он строил всю свою жизнь.

— Я тоже этого не хочу, мама.

— Но ты можешь жить в Форт Ворсе. Ведь там основной его бизнес. По крайней мере, будешь ближе к дому.