Возбужденные дилеры что-то выкрикивали Гвилио. Они хотели знать, где он прятал эту восхитительную модель. Кто она? Все были единодушны в том, что продажи подскочат до небес, и все хотели познакомиться с женщиной, благодаря которой выпуск этого великолепного автомобиля станет международной новостью номер один. А Гвилио лишь таинственно улыбался.

Лукка еще не пришел в себя после первой фотографии, как на экране появилась следующая. Теперь Аннабел выглядела так, как в то первое утро на террасе, – на ней широкополая шляпа и белый топ. Снимок был сделан в Позитано. Она сидела в черном спортивном автомобиле с черными сиденьями и смотрела на крутые склоны.

Зал снова разразился оглушительной овацией.

Появилась третья фотография. Теперь Аннабел стояла на фоне виноградников Фуроре – итальянских висячих садов наподобие вавилонских. Она протянула руку к грозди винограда, фиолетовые плоды которого повторяли цвет ее глаз. Каждый мужчина в зале хотел бы ухватить ее за край зеленого шарфа и пересадить с экрана к себе на колени!

Он дивился тому, как дизайнерский гений отца подсказал ему выбор безупречной модели, совершенной в ее весеннем нетронутом великолепии. Все сидели как околдованные.

Когда на экране появилась следующая фотография, он едва не задохнулся. Аннабел стояла сбоку блестящего желтого автомобиля и держала в руке корзину подсолнухов. За ее спиной раскинулось целое поле из золотых головок. Это было снято в Сорренто. В белом костюме-тройке с желтым кантом она выглядела как конфетка.

Он вспомнил то утро, когда она нарвала маргариток, пробившихся сквозь решетку на террасе. Он почувствовал, как его тело и душа тянутся к этой женщине, которая за столь короткое время стала его частью. Невозможно представить, что всю оставшуюся жизнь он не сможет, просыпаясь по утрам, видеть ее.

Фотография, сделанная в Виетри, вызвала новые крики «браво!». С экрана смотрела ожившая экзотическая этрусская принцесса. Она неправдоподобно красива с этими косичками. А зеленый автомобиль вполне мог превратиться в колесницу.

Только особое видение отца могло разглядеть все это в Аннабел и через океан привезти ее сюда. Отцовским спортивным автомобилям нет конкуренции на рынке. И Аннабел ему очень в этом помогла. Отца ждет грандиозный успех.

Лукка еще не пришел в себя после лицезрения такой красоты, а перед его глазами новая Аннабел в китайском наряде чонсам. Она уже на Капри и смотрит на море, стоя у автомобиля цвета синий металлик. Лукка неоднократно бывал в Китае, но ни разу не видел подобной красавицы.

Возбуждение в зале росло, голоса приглашенных звучали громко, обсуждая увиденное.

Наконец Гвилио произнес:

– Напоследок я припас декабрьское фото.

Перед глазами присутствующих предстала невеста на ступенях церкви в Амальфи, а внизу стоял огненно-красный спортивный автомобиль. Все вскочили, выкрикивая поздравления Гвилио.

Но Лукка был не в силах подняться. При виде Аннабел в подвенечном платье с мантильей дыхание у него перехватило. Он боялся, его сердце не выдержит.

– А теперь, – сказал Гвилио, – я хотел бы представить всем женщину с этих фотографий.

Зажегся свет. Лукка успел повернуться и увидел, как Аннабел выходит из боковой двери. На ней было лиловое коктейльное платье и украшения из бриллиантов. Она подошла к Гвилио, а зал разрывался от аплодисментов.

Лукка впитывал в себя весь ее облик: трепетный взгляд, восхитительная фигура, стройные ноги, вокруг которых обвивалась пурпурная материя.

Отец обнял ее за плечи.

– Аннабел Марш живет в Калифорнии, в Лос-Анджелесе. Она работает у Мела Джардина, моего лучшего агента в Штатах. Он сегодня здесь. Аннабел больше не является моим секретным оружием. – Все засмеялись. – Она прославит «Амальфи МБ-Випер». Дамы и господа, представляю вам девушку «амальфи».

Как только смолкли аплодисменты, Гвилио быстро вывел Аннабел через заднюю дверь. Она крепко его обняла.

– Я знаю, что значит для Лукки этот вечер.

У Гвилио от слез заблестели глаза.

– Я тоже это знаю. Для нас обоих. Еще раз спасибо, что не выдали мой секрет.

– Как я могла это сделать! Гвилио, ваш автомобиль – настоящая сенсация. Я слышала, что говорили во время показа слайдов.

– Будем надеяться, что продажи оправдают мою веру в успех.

– Вы скромничаете. Я уже это знаю.

– Вы слишком добры. – Он подвел ее к столу. – Мы устроили вас здесь, чтобы вы могли подписать плакаты. Люди уже подходят. Я скоро вернусь.