— Разумеется, друг мой, — ласково согласился Мыш. — Я это понял, еще когда поднимал второй грузовик, чтобы бросить в хижину. Просто так ничего у нас не выйдет. Поэтому я сейчас наложу на тебя одно полезное, но малоизвестное заклинание, и ты без проблем дотолкаешь машину до места. А я буду руль крутить. Когда же мы доберемся, то уложим тебя спать, а я подежурю и, если понадобится, повоюю с монстрами.

— А меня кто-нибудь спросил?

— Был бы у нас выбор — я бы спросил. Но, к сожалению, вариант, в котором я бы толкал машину, а ты отгонял от меня голодных монстров, не подлежит даже теоретическому рассмотрению.

— Почему?

— Потому что ты боишься монстров. Более того, если тебе удастся попасть хоть в одного, ты немедленно шлепнешься в обморок при виде летящих кровавых клочьев, чем с радостью воспользуются соратники пострадавшего.

Ну вот, поговорил — что с королем поспорил… Этот Мыш порой бывает занудней его величества и вечно всех воспитывающего мэтра Истрана вместе взятых!

— Ладно, уговорил, — проворчал Жак, чтобы не чувствовать себя совсем уж мебелью, хотя никто его не уговаривал и согласия не спрашивал.

— Тогда вылезай, и приступим.

Жак распахнул дверцу и спрыгнул с высокой подножки, подняв облако сухой серой пыли. Солнце жарило по-летнему, куда там Мистралии с ее прохладной ранней весной. На небе не видно было ни облачка, только солнце — южное, знойное, яркое.

Наверное, именно поэтому, когда в следующий миг с неба раздался громовой голос, Жаку показалось, что само солнце говорит с ними. Правда, столь примитивная и грубая матерщина в устах полуденного светила звучала странно и неуместно.

— Ну и зачем так орать? — спокойно поинтересовался Мыш, даже не взглянув на небо. — А каков лексикон! Слышал бы тебя папенька! Совсем одичал и опустился ты в этом мире, Скар.

— Вельмир! Мерзавец! Скотина! Я все равно открою этот портал, неуч ты безрукий!

Жак тихо ахнул и зачем-то зажал себе рот обеими руками. Он вспомнил, где видел сероглазого волшебника. Мог бы и раньше вспомнить, если бы мозгами пошевелил, ведь каждого переселенца таскал в этот музей и показывал историческое полотно…

— Кто ж спорит, — насмешливо отозвался Мыш, ничуть не впечатленный небесным гласом. — Конечно, откроешь, если несколько лун в нем проковыряешься. Как ты полагаешь, есть у тебя эти несколько лун?

— Сначала я тебя найду, выкидыш блохастой гиены! Я найду тебя, слышишь! Ты никуда отсюда не денешься!

— О, а этот живописный эпитет почтенный мэтр явно подцепил уже после переселения, — продолжал насмехаться бесстрашный Мыш, не обращая внимания на то, что у его спутника от ужаса подогнулись колени. — А зачем меня искать, я тебя и сам найду. Я как раз к тебе и направляюсь, старого приятеля повидать, о возвышенном побеседовать…

— А щитами-то прикрылся, жалкий трус! Покажись, если и вправду хочешь повидаться! Я сию минуту прибуду!

— О нет, — засмеялся Мыш. Хотя смех адресовался разгневанному Повелителю, смотрел мэтр Вельмир в этот момент на Жака, который как раз испугался, что его отважный спутник поддастся на провокацию, и сел прямо в пыль, не совладав с дрожащими коленками. — Лучше уж я к тебе. Пусть это будет… сюрприз!

Небо вновь разразилось бранью, на все лады проклиная давнего врага и весь его род до седьмого колена.

— Ну-ну, — фыркнул Мыш и вдруг завертелся на одной ноге, как заправская балерина, щелкая при это пальцами на обеих руках.

Голос умолк.

— Вот так, — подвел итог легендарный герой и весело подмигнул Жаку, так и сидевшему в пыли. — Ну и чего ты? Вставай, у нас куча дел. Он нас не увидит, не найдет и воплями своими больше надоедать не будет. Да и от возможных проклятий я нас тоже прикрыл. Кстати, раз уж этот болван меня выдал… очень тебя прошу: не доставать меня глупыми вопросами, где я был триста лет, не величать почтенным мэтром, не напрашиваться в ученики, не пытаться объяснить мне в двух словах, что за эти триста лет случилось — уверяю, я их не проспал, — а также не упоминать вслух моего имени. Имена обладают свойством колебать Силы. Лучше зови меня, как прежде, Мышом.

Жак тихонько вздохнул и неторопливо поднялся, отряхивая от пыли штаны.

Роль соратника великого героя никогда не казалась ему соблазнительной. С ними вечно одни неприятности, так как герои потому и великие, что лезут в каждую авантюру и находят себе проблемы с таким энтузиазмом, словно коллекцию собирают. Остается уповать на то, что герои умеют и справляться с теми проблемами, которые столь усердно себе создают. По крайней мере, можно быть уверенным, что, если этот конкретный мэтр сегодня ночью будет дежурить, никаких монстров можно не опасаться.