«Мне надо быть рядом, следить за ним, – размышляла Грюне. – Не сводить глаз. Утром… Утром…»

Изможденная ведьма не заметила, как транс сменился крепким здоровым сном.

А Лавочкин открывал все новые и новые возможности магической карты. Он излазил территорию Доцланда вдоль и поперек. Потом занялся столицей. Без труда нашел цитадель Дункельонкеля. С удивлением осознал, что карта позволяет рассмотреть планы замка, да еще и поясняет, где какие помещения располагаются.

Колю интересовали казематы. Обнаружил. Наверняка там держат Эльзу, Всезнайгеля и прочих важных пленных. Потратив немало времени, солдат отыскал гениально простой маршрут к темницам.

– Блин, с одной стороны, мне не стоит спешить, – прошептал рядовой. – А с другой… Не настало ли время для сольного блицкрига?

Его охватило болезненное возбуждение. Мысли плясали краковяк: «Знать легкий путь к победе и не воспользоваться им? Что говорил Гроссешланге? Что я трус? Не пора ли доказать, насколько старый крокодил заблуждается? Всего-то двухходовочка. Вторая комната аккурат под замком Дункельонкеля. Вождь и Учитель плюхнется в лужу. Ай да, Финтефлюгель, ай да Павлик Морозов, часть вторая».

Постепенно Колина решимость выросла до гигантских размеров. Он тихо поднялся, убедился, что Грюне спит.

– Так, мне нужна южная стена, – произнес парень.

Глухое подземелье поглотило звук его голоса. Стало жутковато.

Солдат взялся за металлическую скобу-ступеньку, поглядел вверх, в отверстие.

Темнота.

– Допустим, скобы закреплены ровно, одна под другой. Тогда мы все время спускались спиной к Черному королевству.

Рядовой знал за собой умение ориентироваться. Он всегда мог показать стороны света в незнакомом городе. Здесь же, в подполе, Колино ощущение пространства потерялось. Пришлось воспользоваться логикой.

Лавочкин отвернулся от лестницы, приблизился к противоположной стене, обойдя сопящую хранительницу, сконцентрировался и произнес заклинание. Синее свечение сменилось фиолетовым.

Парень махнул, дескать, где наша не пропадала, и совершил переход.

Вваливаясь в новую комнату, солдат почувствовал, как его тянет вверх, а затем вдруг понял, что очутился в воде! Влага мгновенно пропитала одежду, проникла в уши и открытый рот. Коля выдохнул, сомкнул губы. Стена отпустила его, и он начал всплывать.

В первые мгновения паника сковала его движения. Рядовой смотрел сквозь прозрачную воду на сияющие стены каменного мешка.

«Что делать?!» – мысленно кричал пленник. Секундное оцепенение сменилось полной ясностью.

Хорошо, хоть вода была теплой. Солдат устремил взгляд к потолку, надеясь обнаружить кромку, но оказалось, что комнатка затоплена полностью. Воздуха в легких почти не было. В висках стучала кровь: бум-бум, бум-бум. Тишина пугала.

Найти отверстие и попробовать всплыть? Коля отбросил эту идею. Вздор, длинный туннель могло залить водой под завязку. А ведь там, на поверхности, не обязательно суша!

Парень принял решение. Он подплыл к ближайшей стене и попробовал успокоиться, сосредоточиться на синем свечении. Хотя он понимал, что времени ужасно мало, чувствовал, как легкие разрываются от отсутствия кислорода, и так и не справился с паникой, Лавочкин попробовал произнести спасительный «цуг-цурюк».

– Бульк, буль-бульк!

«Елки-ковырялки! Песец!» – зажглась мысль в сознании рядового. Он все же попробовал найти лаз, ведущий наверх. Увидел, рванулся к нему и – не выдержал – сделал вдох.

Вода хлынула в распахнувшийся рот. Коля обмяк, ему вдруг стало все безразлично… Даже то, что он сейчас утонет.

«Нет, я смертельно хочу выжить!» – неуместно комично подумал он.

– Эх, рядовой Лавочкин… – прошептал голос Полкового Знамени.

– Ектыш, рядовой Лавочкин! – заорал Палваныч.

Бывают моменты, когда страсть застает врасплох двух взрослых людей, и они бросаются на не расстеленную еще постель, покрывая друг друга горячими поцелуями… Примерно этим и занимались прапорщик с графиней Страхолюдлих, когда на них словно с неба свалился Коля.

Мокрый.

Без сознания.

– Он тонул! – воскликнула графиня, вскочив с кровати.

– Хейердалов сын! – сквозь зубы процедил Дубовых. – Хельгуленочек, ты только не ревнуй, это не то, что ты сейчас подумаешь.

Палваныч заскочил на постель и приступил к оказанию первой медицинской помощи пострадавшему на водах. Перевернул его на живот, чуть свесил с кровати. Между синюшных губ полилась вода. Вернул на спину, склонился к лицу.

– Ис… кус… ствен… ное… ды… ха… ха… ха… – Прапорщик принялся вдыхать воздух в рот солдата и ритмично нажимать на его грудь.