— Убийца! — закричала Просвирину Ольга. — Маньяк! Надо вызвать милицию, пока он нас тут всех не переубивал.

Брат жены хмуро кивнул и несколько раз ударил Просвирина ногами. Когда устал, поднял избитого за шкирку, вытащил в коридор, открыл входную дверь и выкинул на лестничную клетку. Следом швырнул спортивную сумку. И захлопнул дверь.

Просвирин с трудом поднялся на четвереньки, затем на ноги. Рубашка была вся в крови. Он поднял сумку и, шатаясь, стал спускаться по лестнице. Этажом ниже натолкнулся на соседку Нину Ивановну.

— Батюшки! — всплеснула она руками. — Таки зарезал семью, душегуб!

Она размахнулась и ударила Просвирина продуктовой сумкой по голове. После чего начала верещать. Просвирин бросился к ней и зажал рот.

— Да что ж вы орете как резаная?!

Соседка принялась вырываться и ударила Просвирина ногой в пах. После чего принялась вопить громче прежнего:

— Убивают! Убиваю-ю-ют! Милиция-я-я!

Просвирин, ковыляя и морщась от боли, поднял сумку и попытался уйти, но не тут-то было. Соседка неожиданно прыгнула на Просвирина и, повиснув у него на спине, как злобная самка шимпанзе, принялась истошно визжать:

— Я держу его! Милици-и-я-я!

При этом она царапала Просвирину лицо и даже попыталась укусить его за шею. Просвирин, чертыхнувшись, скинул ее с загривка. Соседка полетела на пол, стукнулась головой о ступеньку и замерла.

Просвирин обернулся, медленно подошел к ней и наклонился. В тот момент, когда он приложил ухо к ее груди, на лестнице показались два уже знакомых милиционера.

— Ну, сука, теперь ты точно попал, — зло прошипел один из них и ударил Просвирина в грудь кулаком.

Второй выдернул из кобуры пистолет и навел на Просвирина.

— Вставай, вставай!

Просвирин, потирая грудь, встал.

— Не успели, — сказал первый милиционер, проверив пульс на шее бездыханной пенсионерки. — Укокошил-таки.

— Дуй в квартиру, — сказал ему второй милиционер. — Там, может, вообще труп на трупе.

Первый побежал наверх, а второй, заломив руку Просвирину за спину, зашипел на ухо:

— Тебе конец по-любому. Такую гниду, как ты, даже до отделения довозить не будем. Выпустим и при попытке к бегству шлепнем.

Тут он почему-то стал тыкать пистолетом в зубы Просвирину. Просвирин мотал головой, уворачиваясь от металлического дула.

— Не нравится? — усмехнулся милиционер. — А убивать нравится, значит.

Дуло пистолета залезло Просвирину в рот, и Алексей почувствовал горький вкус масляной смазки. Это был перебор. Выплюнув дуло, Просвирин извернулся и укусил милиционера за палец. От неожиданности и боли тот вскрикнул и выронил пистолет. Просвирин вырвал заломленную руку, ловко поднял пистолет с пола и направил его на милиционера. Тот побледнел и вжался в стену.

— Не надо… Не стреляй… Пожалуйста… Ну, хочешь, беги… Я никому ничего не скажу…

Дальше он понес какую-то околесицу, предлагая Просвирину свободу и даже деньги, хотя и то и другое было полным бредом в сложившейся ситуации.

Неожиданно Алексей почувствовал прилив сил. Словно возвращалось то ощущение умиротворенной радости, которое он ощутил после сеанса. На душе стало спокойно и светло. Счастье переполняло его тело. Ему казалось, что все его существо сливается в любовном экстазе с миром. Словно все теперь ему было доступно и понятно. И он сам понятен каждому живому существу на этой планете.

В эту секунду милиционер, заметив блуждающий взгляд Просвирина и ошибочно решив, что ему удалось заговорить преступника, бросился на Алексея. Просвирин почти автоматически нажал курок. Грянул выстрел. Милиционер, как будто икнул, осел и затих, уставившись немигающим взглядом на кривую надпись на потолке: «Светка из пятой квартиры — шлюха!».

Просвирин словно и не заметил выстрела. Он развернулся и неторопливо пошел наверх. Но почти тут же натолкнулся на второго милиционера, который, услышав выстрел, поспешно возвращался, прыгая через ступеньки. Будучи уверенным, что стрелял его коллега, он даже и не думал доставать свой пистолет. Увидев улыбающееся лицо Просвирина в метре от себя, он, впрочем, быстро понял, что просчитался.

— Ах ты ж, гад! — сипло выкрикнул он и тут же принялся дергать кобуру.

Просвирин выстрелил. Спокойно, хладнокровно и точно, как будто всю жизнь только и делал, что палил в лютей. Милиционера отбросило к стене.

— С-с-сука, — прошипел он на какой-то змеиный манер и также по-змеиному зигзагообразно сполз на пол.

Просвирин подошел к телу убитого, достал пистолет из кобуры и пошел выше. Позвонил в дверь своей квартиры.

— Ну, что еще? — раздался по ту сторону недовольный бас двоюродного брата жены.