–  И как эти русские умудряются тут выживать? Неудивительно, что их тоже тянет на Ближний Восток…

Вагон дернулся, и виски плеснулось майору на руку.

–  А, дьявол,- снова выругался Эшлер, отряхиваясь.- Похоже, наконец отбываем. Ну, за успешно завершенное дельце, капитан.

–  Это локомотив подали,- хмуро заметил Майк.- Отбытие еще через десять минут. И на вашем бы месте я не пил за успех заранее. У русских это плохая примета.

–  Бросьте, Майк. Я не суеверен. Да и что может случиться сейчас?

В дверь постучали. Панель отъехала в сторону, и в проеме показался солдат охраны.

–  Майор Эшлер, сэр, позвольте обратиться к капитану.

Уинстон кивнул.

–  Капитан Майерс, сэр,- сказал солдат,- вас там спрашивают, на перроне. Какой-то человек в штатском.

–  Как он просил доложить?

–  Сказал, что хочет видеть старого знакомого, сэр. По выправке - военный офицер.

Солдат щелкнул каблуками ботинок и вышел. Майор посерьезнел и поставил стакан.

–  Вы кого-нибудь ждете, Майк?

–  Нет. Но я догадываюсь, кто это может быть.

–  Тот капитан?

Майк чуть отодвинул занавеску и внимательно оглядел платформу.

–  Полагаю, да. Я предупреждал вас, майор: их нельзя недооценивать. Особенно этого.

–  Но у них нет прав устроить обыск.

–  Надеюсь, что так.

Майор чуть приоткрыл дверь в спальное купе дипвагона. Киборг лежал в ящике. Так же спокойно, как и полчаса назад. Удостоверившись, что с грузом все в порядке, Эшлер запер дверь на ключ.

–  На всякий случай,- пояснил он.- Пойдемте, узнаем, что скажет этот русский. Я хочу посмотреть на него поближе.

Капитан взял с полки бутылку и чистые стаканы. Офицеры прошли мимо охраны и спустились на перрон.

–  Майк!- воскликнул Иван.- Я боялся не успеть попрощаться. Думал, неловко выйдет.

Майк зажал бутылку под мышкой и потряс протянутую руку:

–  Иван, я так и подумал, что это вы,- заулыбался он.- Чертовски рад. Вот, знакомьтесь: майор Эшлер, Уинстон Эшлер. Уполномоченный нашей дипмиссии.

–  Зовите меня просто Уинс,- так же широко улыбнулся майор, принимая руку Ивана.- Давно хотел с вами познакомиться. Майк мне о вас очень много рассказывал. Жаль, что у нас так мало времени. Поезд отходит через четыре минуты.

Майк уже разлил виски по стаканам.

–  Я выпью за наше знакомство,- заявил Уинс.- За самого храброго русского офицера, с которым мне довелось встречаться. Если, конечно, Майк немного не преувеличивает в своих рассказах.

–  О, нет, нет,- заверил Майерс,- нисколько. Многие мои ребята ему жизнью обязаны. Да и я тоже, к слову говоря. Я пью за вас, капитан.

Иван чуть улыбнулся и поднял стакан:

–  А я выпью за вас, Майк. За хорошего солдата. Так считают ваши подчиненные, Майк. Я это знаю. И хочу, чтобы вы тоже это знали. Вы хороший солдат, Майк. Чертовски хороший солдат. Помните об этом, что бы с нами ни случилось там, в будущем.

Тепловоз дал гудок, и офицеры поспешно поднялись в вагон. Поезд тронулся. Иван замахал рукой вслед уплывающему вагону.

Майк опустил руку и задернул занавеску.

–  Думаю, капитан, вы немного склонны к преувеличению действительности,- усмехнулся Уинс.- Я никакого сверхъестественного чутья у него не заметил.

Майк задумчиво теребил подбородок. Майор плеснул виски еще в два стакана и позвал:

–  Теперь-то вы не откажетесь выпить за успех дела?

Однако Майерс продолжал стоять, глядя поверх занавески на проплывающие городские огни.

–  Майк…

–  Что он сказал?- задумчиво спросил капитан.- Вы помните, что он сказал?

–  Он сказал, что вы хороший солдат. Это неудивительно. Я тоже так считаю. И полковник Бланк мне вас рекомендовал, как хорошего солдата.

–  Но…

–  Бросьте, Майк. Сказал то, что сказал. А вы пытаетесь найти в этом некий скрытый смысл. Я весьма опытный политик. И если…

–  Вот!- капитан обернулся.- Вот. Он сказал…

–  Сказал, что вы хороший солдат. И что же, по-вашему, он при этом имел в виду?

–  Что я плохой политик.

Майор перестал улыбаться, медленно поставил стакан и встал. Он старался казаться спокойным, но ключом в замочную скважину попал не сразу.