–  Сильно заторможена система координации. Наверное, от этой твердой пищи. Я ведь функционировал на глюкозе.

–  Это от алкоголя. Скоро пройдет.

–  Ты согрелся?- спросил Олег.

–  Температура в норме. Но на восстановление надо еще несколько дней.

В кухне некоторое время молчали. Кто-то задумчиво выстукивал на столешнице пальцами нечто, напоминающее рондо из серенады Моцарта.

–  У нас есть два часа,- сказал, наконец, Репьев.- На все про все.

–  Ты все продумал? А разрешение на операцию?

–  К черту разрешение. Операция одобрена в целом. За полномочия мы не выходим. Детали обсудим по дороге. Теперь главное…

–  Постой…

Игорь поспешно отпрянул от щели, но Олег уже распахнул дверь.

–  Подслушиваем служебную информацию, брателло? Смотри, запру в кладовке до утра.

–  Налейте хотя бы чаю, изверги!- огрызнулся Игорь.- Даже доесть не дали.

–  Ладно, командир, чего ты, в самом деле,- махнул рукой Репьев.- Пусть пацан поест нормально. У него тоже нелегкий денек был.

Гость уставился на Игоря и огорченно заметил:

–  Сожалею, но я, кажется, съел все.

–  Не думал, что зомби столько едят,- буркнул Игорь, шумно пододвигая к столу табурет.

Репьев прыснул в кулак:

–  Кто?!

Вымакивая хлебом юшку от бифштексов, Игорь кивнул на пришельца:

–  Я не совсем ку-ку. Это же тот убежавший труп из новостей. Фаер. И если вы собираетесь срулить по делам, надеюсь, вы его с собой заберете. Я не собираюсь торчать ночью в квартире один на один с живым покойником.

Теперь уже прыснул Олег:

–  Ну ты отмочил, брателло!

–  Представляю себе заголовки утренних газет,- давясь смехом, прокудахтал Иван.- "Монстр Франкенштейна сожрал ужин голодного студента!" Или нет, нет: "Холодная закуска в ходу. Покойник попросил добавки"

Игорь налил себе чаю и предупредил:

–  Смейтесь, смейтесь. Я все равно с ним не останусь. Мне ваши дела уже во где,- он чиркнул пальцем по макушке.- Только почему вы его Ганей назвали? В новостях говорили, что при жизни его звали Максим.

–  Мое имя - Ганимед, спокойно пояснил гость.- Я не человек по имени Максим Огнев. И вообще не человек.

–  Ганя,- нахмурился Олег, постучав по столу пальцем,- держи язык за зубами.

Иван снова задумчиво почесал щетину на подбородке и заметил:

–  Думаю, будет правильным его предупредить. Ганимеду, вероятно, придется пробыть здесь несколько дней, пока не уляжется эта шумиха с прокуратурой.

–  Несколько дней?!!- поперхнулся Игорь.- Да вы с ума сошли! Даже не думайте!

–  Не кричи, соседи услышат,- сказал Олег.- В этом нет ничего опасного.

–  Ага! Совершенно неопасный покойный хакер, находящийся в федеральном розыске!

–  Это не человек,- повторил Иван. Ганя…

–  Я биокиборг,- подтвердил Ганимед.

–  А я - Римский Папа,- огрызнулся Игорь и встал.- Я сам люблю приврать, но это чересчур даже для меня… Короче, делайте, что хотите, а я ухожу ночевать в общагу к Петрухе Сиротину. Пока.

Ганимед постучал ножом по бокалу:

–  Прошу вас, постойте. Посмотрите сюда.

Он закатал зеленый рукав балахона и приготовил нож.

–  Стой!- приказал Иван.- Что ты делаешь?

–  Уверяю вас, это совершенно безопасно,- заверил киборг, и немедленно, прежде чем Репьев успел его остановить, полоснул себя лезвием по руке. Из пореза потекла кровь. Игорь сглотнул ком в горле и отвернулся.

–  Пожалуйста, смотрите,- попросил Ганимед, и провел рукой над порезом. Кровь остановилась. Края раны начали стягиваться на глазах, и через минуту на коже остался только едва заметный белесый шрам.

Игорь ошарашено сел на табурет, глядя, как киборг оттирает салфеткой остатки спекшейся крови.

–  Впечатляет,- нашелся, наконец, Иван.

–  У человеческого тела много скрытых возможностей,- пояснил Ганимед.- Я еще не все освоил. Энергии было недостаточно.

Иван раскрыл его балахон и посмотрел на раны, оставшиеся от вскрытия грудной клетки. Рубцы стали заметно меньше и утратили воспаленную красноту.

–  Феноменально,- пробормотал Иван.