«Ручей ледком, а небо синью…»

Ручей ледком, а небо синью

Зажглись уже, сводя с ума.

Но это все-таки предзимье —

Не настоящая зима.

Стоит солдат на косогоре,

Забыла девушка его.

Но это все-таки не горе,

А огорчение всего.

ЖЕНА ПИЛОТА

Подспудно управляющая телом,

Тебе привычка острая дана:

День начиная каждый, —

первым делом

Нетерпеливо глянуть из окна.

Ближайший лес укрыт рассветной свиткой.

Но взор твой занят высью голубой,

Где самолетик как иголка с ниткой —

С инверсионным следом за собой.

КОНЦЕРТ ПО ЗАЯВКАМ

Попросила молодому,

Дорогому моряку

Пожелания из дому

Передать по «Маяку».

И в неведомом просторе,

В отдаленье от земли,

Слово девичье простое

С выражением прочли.

Продолжая передачу,

Выполняя тот заказ,

Дали песенку впридачу,

Что имелась про запас.

И скажу не шутки ради,

Что, возможно, в аккурат

Не на вахте, не в наряде

Находился адресат.

ОСВОБОЖДЕНИЕ

Ей душу радует снежок,

Что подсыпает понемногу,

И югославский сапожок,

Дисциплинирующий ногу.

Вдруг — леса слабая кайма

И резкое воспоминанье,

Где танка нашего корма

И гроздь бойцов январской раныо.

Бежит девчонка через двор,

Торчат растрепанные прядки.

Из драных валенок в упор,

Светясь, проглядывают пятки.

ПЕСНЬ ОЖИДАНИЯ

Так никого не ждут,

Как нас когда-то ждали.

Стоял метельный гуд

Среди морозной дали.

День переполнен был

Работой, мелочами,

И весь огромный тыл

Печалился ночами.

Шли под окном войска

Грузиться у вокзала,

И женщину тоска

Внезапная пронзала.

И вспыхивал впотьмах,

Пускай и отдаленно,

Вновь пережитый страх

При виде почтальона.

Чем ближе брезжил час,

День радости глубокой,

Тем ожидали нас

Все с большею тревогой,

Сплетая нервы в жгут,

Среди весенней дали…

Так никого не ждут,

Как нас когда-то ждали.

НОЧЬ

Пасется конь, стреножен,

Перед окном.

Спит сталь во мраке ножен

Холодным сном.

<