Серые были слегка подшофе. Неподалеку, на низком круглом столе, стояла початая бутылка водки, рюмки и большое блюдо с закусками: соленые огурцы, сало, зеленый лук и черный хлеб.

Признаюсь, увиденное повергло меня в состояние шока.

Нет, я в курсе, что Верховные тоже люди и иногда им нужно отдыхать от важных государственных дел, но почему-то полагал, что в домашних условиях они развлекаются как-то более изысканно. Например, рисуют акварелью, препарируют бабочек или охотятся на редких животных, занесенных в Красную книгу.

— Пьяный за рулем — угроза обществу! — азартно кричал Верховный. — Куда прешь, дубина, там тупик!

Как я их различал? Да никак. Кто есть кто, стало понятно, когда Верховный повел нас в кабинет.

— Стоп-машина, ко мне люди пришли, — сказал Верховный, поставив игру на паузу и тяжело подымаясь с пола, кряхтя, охая и держась за спину.

Старшина крепышей даже не шевельнулся. Веня бросился было помочь, но Верховный решительно оттолкнул его и пробурчал: «Сам, сам, не лезь!»

— Я нужен? — спросил дубль.

— Нет, не нужен. Погуляй пока, минут через десять вернусь, продолжим. Что, ребятишки, стоит это потраченного времени?

— Стоит, — твердо ответил Веня.

— Ну, смотрите, не разочаруйте меня…

Кабинет Верховного был сравнительно небольшим (наверное, сами догадались, сравнительно с чем), но удобным. Ноль изысков, никакого антиквариата, вся мебель исконно советская, надежная и функциональная. Учитывая тот факт, что Верховный мог без проблем отлить себе всю мебель из золота, осмелюсь предположить, что здесь он попросту ностальгировал. Очевидно, обстановка кабинета напоминала ему о тех славных деньках, когда Союз был великим и могучим, о молодости, комсомоле, надежах и чаяниях, о прекраснодушной эпохе слепого оптимизма и прочих приятных благоглупостях, с роковой неизбежностью сжеванных безжалостным временем.

Первым выступил Степа. Он кратко доложил об итогах визита к «мастеру»: поехали отрабатывать масочку пересеклись со «стилетом», вот результаты…

— Вот же настырный! — сокрушенно всплеснул руками Верховный. — Я же тебе русским языком сказал, никаких «стилетов»! Неужели было непонятно с первого раза?

Степа реплику Верховного проигнорировал, положил на стол конверт с фотографиями, запечатанный пакетик с пропитанным кровью лоскутом и завершил доклад:

— Посмертное фото. Кровь «стилета». Алекс, — и указал на меня.

— И что «Алекс»? — не понял Верховный.

— Этот «стилет» есть в вашей базе. Алекс единственный, кто видел его живым и… с нормальным лицом. Если вы позволите, он его опознает.

Верховный взял паузу и задумался, не отводя от Степы налитого свинцом взгляда.

Степа в гляделки играть не стал, опустил голову и стоял смирно, ожидая вердикта.

В принципе, все могло закончиться прямо сейчас. «Пошли вон, надоели вы мне!» — и считай, что вся работа насмарку.

— Вот же молодежь настырная пошла! — Верховный закончил размышлять, достал из стола связку ключей и, развернувшись вместе с креслом, отомкнул замок стенной панели. — Ладно, будет вам база…

За панелью была ниша, в которой покоился серебристый металлический кейс. Когда Верховный открыл его, оказалось, что это толстенный ноутбук с зеленым экраном.

Верховный взял конверт с фото и приказал нам отвернуться. Мы дружно выполнили команду.

Некоторое время хозяин кабинета щелкал клавишами, шуршал фотографиями и бубнил «Плешивый, сволочь… Плешивый…», затем позвал:

— Саша, иди-ка сюда. Так, а вы стойте как стояли.

Я подошел к ноутбуку: на экране был каталог с множеством мелких картинок, заретушированных в серую полоску.

Верховный открыл три картинки, на них были разные мужчины с плешью.

— Который?

Я показал на того, который более других был похож на «мастера».

Верховный щелкнул по картинке, и она увеличилась на весь экран.

Да, вне всякого сомнения, это был «мастер».

— Ну что?

— Да, это он.

— Уверен?

— Абсолютно.

— Угу… Угу… Есть гарантии, что ты не ошибаешься?

— Он был близко… В прихожей на расстоянии около метра. Видел его отчетливо. В комнате чуть подальше, но все равно, хорошо рассмотрел, свет был нормальный. Потом он был совсем близко… — я отвернул ворот, показывая заклеенную пластырем рану на шее. — Так близко, что чуть не убил меня. Я уверен, что это он.

Верховный отключил ноутбук, закрыл панель и скомандовал:

— Повернитесь.

Степа с Веней выполнили команду.

— Ну, что вам сказать… — Верховный взял со стола пакетик с окровавленным лоскутом, вытащил из ящика лупу и принялся рассматривать его. — Удивили… Это его кровь?

— Так точно, — подтвердил Степа.

— Она мне не нужна, надо будет его хозяину отправить, — пробормотал Верховный. — Хотя… Я вот теперь думаю… А стоит ли это делать?

Тут он обвел нас острым пронизывающим взглядом, словно бы проверяя, понимаем мы, о чем идет речь. Не скажу за соратников, но я ровным счетом ничего не понял, однако смотрел преданно и мужественно, как и подобает тупому солдафону, не получившему четкой инструкции по существу туманной задачи. Единственно, что я понял, так это то, что Верховный мыслит вполне трезво, хотя он был красный и от него несло спиртным.