Миках крепко обнял ее за талию и притянул к себе, перегнул назад в поясе, бедра оказались крепко прижатыми к нему. Жени заглянула в его черные глаза — текучий огонь. Она почувствовала, как тает ее тело, меняет сущность, сливается с его телом. Миках протянул руку, чтобы выключить свет, и они вместе рухнули на матрас.

Всю вторую половину дня и ночь они занимались любовью. Для Жени это стало очищением, крещением огнем. Она не могла ни о чем подумать, ощущала себя не самой, а новым существом, возрожденным к жизни страстью Микаха.

Он завладел ею сзади. Схватил за волосы, пригнул вниз голову и притянул к себе за ягодицы — устраивал собственное удовольствие. Потом, когда он насладился ею, освобожденная от его рук, она рухнула вперед на матрас.

Затем он принудил ее склонить голову к его плоти и больно держал ее там, пока у Жени к горлу не подступила тошнота. Миках не отпуская широко развел ноги и снова пригнул ее голову. Она повиновалась бездумно, без сопротивления, подчиняясь каждой команде его тела — до самого утра.

— Ну вот, — Миках привстал на локте и посмотрел сверху вниз на Жени. — Красивая. Новая девственница.

Жени все это время сотрясало в урагане, самом сильном, который ей пришлось переживать, но теперь ее окружал мир, и она чувствовала себя успокоенной и притихшей.

— Ты моя женщина.

Она улыбнулась, лишь наполовину приподняв прикрывавшие глаза веки. На остров,где она лежала, слова долетали откуда-то извне.

Миках поднялся, налил в тазик воды и тщательно вымыл губкой свои гениталии.

Жени не двигалась, только смотрела на него: Миках вытерся, взял одежду и быстро нацепил ее на себя. Он действовал так, как будто находился в комнате один.

Она подумала, насколько он был красив: приземистый, естественный, сильный. Его кожа поблескивала, руки бугрились мускулами, движения были уверены и изящны. Настоящий лев. Запах его тела исходил от кожи Жени.

Жени потянулась, распрямила конечности и ощутила себя львицей, его самкой, которую он брал снова и снова во всепожирающей страсти. Прежде ее тело никогда не достигало такого самовыражения, такой естественной дикости.

Жени закрыла глаза. Ноги и руки болели, губы распухли, соски саднило. Бедра и живот были все в синяках. Если она пыталась вздохнуть поглубже, меж ребер пронизывала резкая боль. Она снова задремала и не видела, как он ушел.

Проснулась она, когда Миках вернулся с фруктами, сыром, помидорами, рыбой, хлебом и вином. Жени села на матрасе, и он ее накормил, кладя кусочек в ее рот, а следующий — в свой. К ней возвращались силы, которые он отнял у нее, а Миках выбирал лучшие куски, как зверь, ухаживающий за своей самкой.

Когда с едой было покончено, Миках налил в тазик воды и губкой, которую использовал для себя, начал обтирать Жени. Вымыл под мышками, груди. Она была его самкой, его женщиной, и он отмывал ее дочиста. Прополоскал губку и стал тереть снова. Проводил губкой между ног, раздвигая их, по треугольнику внизу живота — без нежности и напора, казалось, не понимая, что трет.

— Почти полдень, — проговорила Жени. — Якова скоро повезут в операционную. Мне нужно идти.

Миках продолжал ее умывать.

— Да. А потом ты на несколько дней останешься в Иерусалиме. Поговоришь с профессорами медицинской школы.

— Профессорами? Зачем? — она посмотрела на его руку.

— Ты можешь закончить обучение здесь, в Израиле.

— Но это абсурд?!

Миках положил губку в тазик и поставил его обратно на стол. Потом вернулся с полотенцем к их низкому ложу.

— Я собираюсь обратно в Гарвард.

Он сложил полотенце и повесил его на крюк.

— Теперь ты моя.

Внезапно Жени испугалась. Он отнял у нее все и ничего. И она его совершенно не знала.

Миках вернулся и встал в ногах матраса, она отодвинула от него ступни, но он заговорил наставительным тоном.

— Профессора, с которыми я хочу, чтобы ты встретилась, люди умные. Ты узнаешь, каких достижений в медицине здесь добились.

— Да, — согласилась она. — Спасибо.

— Вот список. Договариваться о встрече заранее нет необходимости. Просто упомяни мое имя, и все двери откроются.

— Хорошо, — повторила Жени.

— Ты станешь врачом, и мы сможем пожениться. Ты сильная, умная, привлекательная. Наши дети будут героями.